Читаем Всадники полностью

– Она этого хотела…, я уже говорил. Я…, понимаю, что для тебя это все выглядело иначе. Ты оказалась в ее теле в момент…

– Самый не подходящий, – Продолжил я.

Наматхан склонил голову, будто каялся, потом потерев лицо ладонями, посмотрел на меня:

– Если бы я знал раньше, я бы…

– Не спал с ней?

Во мне закипал гнев и, не отводя глаз от Салима, я изливал его на пирожном, которое нещадно разрезал маленькой вилочкой. Проследив за моими манипуляциями, Салим поднял руки в примирительном жесте, вероятно решив, что скоро я перейду к его глазам, буду так же разминать их вилкой прямо в глазницах.

– Да, я бы не решился, вопреки желанию, которое охватывает меня всякий раз, когда она рядом.

Несмотря на то, что Салим меня откровенно раздражал, я ему поверил. Он явно был из тех, кто умеет контролировать себя, достаточно было вспомнить наше сражение. Я снова

посмотрел на побитый стеллаж, пробитую дверь. Хотя возможно все же иногда он дает слабину?

– Почему она это сделала? – Спросил я, кивнув на разруху.

– Я не знаю. Она поговорила с Дарлисом, а после вернулась сюда. В этом беспорядке я ее и нашел.

Несмотря на то, что разговор с Дарлисом и визит Вероники были весьма важными вопросами, я не мог не спросить:

– И что было дальше?

Салим вздохнул:

– Она призналась, что бывает не в себе, «одержимой». Мне казалось, она говорит о своих чувствах, а не о буквальной одержимости. Потом она рассказала о сражении, и я предположил магическое ранение.

– Что было дальше? – Продолжал наседать я.

Салим посмотрел на меня:

– Мне нужно было разобраться с этим, но… я был очарован ею и не устоял.

– То есть от битвы вы перешли к постели?

Наматхан замолчал, смутившись, и я уже не был уверен, что он способен в ярости разнести комнату. Он выглядел так, как будто это Санрайз его изнасиловала, и хуже всего было то, что от Санрайз я вполне мог ожидать подобного… Бл…ть!

– Я проверил ее ранения на предмет магического воздействия, но шрамы были чистые.

Я догадался, чем закончилась проверка, но возвращаться к этому уже не хотел. Спрятав лицо в ладони, я выдохнул:

– Значит, ты не знаешь в чем причина?

Наматхан взял чашку с чаем:

– Я надеялся, что ты знаешь, ведь это ты оказалась в ее теле.

Похоже, день будут долгим… Я покачал головой и решительно закинул в рот пирожное. Прожевав его в угрюмом молчании, я, наконец, сказал:

– Я не знаю, как это произошло и почему, но началось действительно после сражения при Даклии.

На самом деле чуть позже, но я не думал, что это существенно. Между Даклией и появлением Санрайз как независимой личности, на мой взгляд, не было ничего экстраординарного. Разве что тролль меня треснул по голове… Я сильно сомневался, что в игре, где рубят бошки только так, подобное ранение может привести к багу. Хотя я уже давно сомневался в том, что это игра…, черт, я совсем запутался!

– Я рассказал о нас с Санрайз, теперь ты расскажи о себе, возможно, если ты действительно желаешь выбраться из ее тела, я найду способ помочь.

Почему бы и нет? Обратного пути у меня уже не было. Если я откажусь, Салим вполне может счесть меня зловредным демоном и возможно попытается силой изгнать меня, так зачем усложнять? Возможно, у него получится… В очередной раз, вернувшись к событиям в Даклии, я рассказал Салиму практически все, что рассказал Санрайз, умолчав лишь о том, что на самом деле я парень по имени Димон, решивший поиграть в игру. Мне наверно месяц потребовался, чтобы худо-бедно объяснить игровые нюансы Санрайз, еще месяца на объяснения у меня не было. Так же я умолчал о своих друзьях. У них проблем с аватарами не было, а лишний раз выдавать их иномирное происхождения я не решился. Если и рисковать, то только собой. Вполне возможно, что после моего рассказа Салим решит сдать меня Амерону или запрет и будет дожидаться, пока Санрайз не вернется к нему. Итогом моего повествования стала девушка Диана из другого мира, которая таинственным образом оказалась в теле Санрайз. Такой избитый сюжет про попаданку. Я не знал, чем мне аукнется откровенность с Салимом, но был уверен, что от ярлыка «демон» и сиюминутной расправы меня спасают чувства мага к Санрайз, его сомнение, что она в своем уме и конечно ее тело, которому он совершенно точно не хотел вредить.

– Это многое объясняет, – Объявил Салим, едва я закончил рассказ.

Я только хмыкнул, лишь догадываясь, что можно понять из моей запутанной истории:

– Тогда объяснишь мне?

Чувствуя себя совершенно опустошенным, я решил наполниться еще одним кусочком пирожного. «Alea iacta est» – Жребий брошен, как говорили древние римляне. Мне надоело притворяться, сочинять и обхаживать проклятого бота, будто я сам хочу с ним переспать. Я дико устал и решил плыть по течению. Наматхан посмотрел на меня:

– Что ты знаешь о Всадниках?

Я не ожидал, что Салима заинтересуют Всадники в тот момент, когда его любовница явно не в себе, поэтому пожал плечами:

– Не больше Санрайз. Все, что мне известно я рассказала, когда мы говорили об Эольдере.

Салим кивнул и задумался:

– А до этого ты уже бывала здесь, в оазисе?