Читаем Враждебные воды полностью

Но такой резкий маневр грозил лодкам столкновением. Американской лодке приходилось тормозить и самой выполнять внезапный поворот. Часто при этом ее винты “вырывали” в океане дыры, которые затем оглушительно схлопывались под действием огромного давления воды. Шум — это было именно то, чего от них добивался Британов. Собственное чутье, а вовсе не разведсводка из Москвы, говорило ему, что вражеская подводная лодка по-прежнему идет следом.

Американская подводная лодка “Аугуста”

— Контакт! “Сумасшедший. Иван!” — акустик закричал так, что его можно было услышать в другом отсеке. qh был перепуган до смерти, потому что они шли по пятам за громыхающей “Янки”, совсем близко к ее корме. — Красный-2 поворачивает влево!

— Стоп турбины! — скомандовал командир. — Полнейшая тишина!

Они крались за лодкой русских полдня, соблюдая на этот раз крайнюю осторожность. Вон Сускил не хотел, чтобы его еще раз застали врасплох. Но цель двигалась прямиком, не меняя направления, как будто не заботясь о том, что враг может увязаться следом.

— Командир, если они применят активный сонар, то наверняка нас засекут.

— Не думаю, что они это сделают. Я кое-что припас для этого шутника, — ответил Вон Сускил.

Теперь “Аугуста” должна была опасаться не только столкновения, хотя при такой маленькой дистанции и эта опасность была достаточно реальной. Американской лодке необходимо было избежать шума. Им надо было оставаться настолько беззвучными, чтобы пассивные сонары противника не смогли обнаружить их присутствия. Для этого инженеры-энергетики на “Аугусте” ограничили мощность ядерного реактора до минимальной. Так же, как это делал их советский коллега Капитульский. Все насосы были отключены. Реактор S6G на время даже остался без охлаждения.

Команда восприняла событие очень серьезно. На лодке, и без того тихой, смолкли все разговоры. — Скорость снижается, — доложил старпом. — Расстояние сто сорок ярдов.

Командир воспринял “сумасшедшего Ивана” как личный вызов — второй раунд в поединке, где он может отыграть свой чемпионский титул.

“Красный-2 умеет играть жестко”, — подумал он. Он собирался подпустить советскую лодку совсем близко, а затем послать в нее активный импульс на полную мощность. Это называлось “поймать "Янки"”, и Вон Сускил был рад случаю немного отыграться.

— Сонар?

— Они по-прежнему поворачивают, сэр. Расстояние сто ярдов. Активного импульса не было. — Он сделал паузу. — Все еще разворачиваются к нам. Цель расширяется. — На дисплее акустика подводная лодка отображалась как реальный объект, очертания которого увеличивались с каждой секундой. — Все еще разворачивается. Она пройдет под нами.

— Надеюсь, что так, — сказал старпом.

— Расстояние пятьдесят ярдов.

— Прекрасно. Мы пропустим ее под нами, затем развернемся вслед за ней. Подготовьте активный сонар. Мы дадим один импульс на всю катушку. Пусть они наделают в штаны от страху.

— Командир, Красный-2 прямо под нами. Он очень близко. Я имею в виду, что он слишком...

— Спокойствие... — резкий звук прервал его на полуслове. Что, черт возьми, это могло быть? Он оглянулся на своих людей в поисках ответа.

Они тоже слышали этот звук.

К-219

Ни старпом, ни механик так и не разобрались, что происходит в четвертом, а командир был полностью поглощен маневром.

05-30 Глубина 46 метров. Лодка все еще разворачивается влево по курсу. Осушена шахта № 6. Остановлены насосы.

Когда шахта оказалась полностью затопленной, ракету Р-27 сдавило мощным давлением забортной воды, которое на глубине 85 метров сильно превосходило прочность ее корпуса. Быстрое осушение шахты двумя мощными насосами привело к резкому распрямлению сжатого корпуса ракеты, и бак с окислителем попросту треснул... Ядовитая жидкость мгновенно заполнила шахту, одновременно превращаясь в сверхтоксичный, смертельный для людей газ...

05.31 На пульте контроля ракет КСПО выпал аварийный сигнал по шахте № 6 — “Газоанализ токсичный” — и почти сразу — “Газоанализ предельный”.

Командир! Ее прорвало! “ГА предельный” по шестой! — кричал Чепиженко.

Но Петрачков и сам понял это, когда увидел, как из шланга вместо воды повалил бурый дым. Внезапный ужас от происходящего остановила мысль — немедленно убрать лишних людей! Сейчас в отсеке было не менее пятидесяти человек!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези