Читаем Врата пряностей полностью

С близкого расстояния море выглядело более пугающим. Бескрайним. Темным. Реки Мешта, ближайшее из приходивших на ум сопоставлений, не могли сравниться с ним ни глубиной, ни шириной. Там всегда было видно землю. К тому же по рекам Мешта Амир всегда путешествовал в обществе двух десятков других носителей, часть из которых принадлежала к местным. У себя в Чаше аппа учил Амира плавать в узком коламе. Это был бак с водой не больше двадцати футов в длину и пяти в ширину. Вода в нем воняла после стирки, а к бортикам прибивался мусор.

Но тут был не колам и не узкие реки Мешта. Перед ним лежал бескрайний океан, неизмеримая бездна. И хотя Амиру доводилось несколько раз бывать в этой части побережья, его страх перед морем не убавился.

«Кабир сможет полюбить его, – утешал себя Амир. – Сюда он будет приходить всякий раз, когда долг носителя приведет его в Джанак. К морю. Он будет приходить на причал, сидеть и рисовать. Если пальцы окажутся способны».

Приступ страха сдавил Амира при этой мысли, и он ухватился за полу одежды Хасмина, чтобы не упасть. Хасмин, сам перепуганный насмерть перспективой отправиться в открытое море, стряхнул руку Амира и толкнул его. Молодой человек с глухим стуком упал на палубу, в локте стрельнула резкая боль. Лодка сильно накренилась.

– Хо! – крикнул Карим-бхай. – За что ты его так?

– Не прикасайся ко мне, – заявил Хасмин сдержанно, пусть в глазах его и читался страх.

Когда он смотрел на рябь вокруг лодки, на лице его отражалась тревога. Он боялся неизвестного. Далеко впереди на поверхности моря колыхался, подобно бесплотному духу, лунный свет.

– П-пора в путь, – промямлил Хасмин. – Берите весла. Вы двое будете грести.

Ни Амир, ни Карим-бхай возмущаться не стали. Они в достаточной степени научились управляться с уру за те свободные часы, что выдавались у них в прошлые посещения этих мест по долгу службы, и не были совсем профанами в обращении с лодкой. Вот только свободных часов было мало, и им никогда не доводилось отходить от Джанака дальше, чем на несколько островов.

Сегодня им предстояло миновать почти восемьдесят. Сегодня они увидят новый дом Амира.

Подавив страх, Амир отвязал швартов и оттолкнул лодку от причала. И смотрел, как полоса земли растворяется вдали. Слабые огни порта начали меркнуть.

Они плыли, направляясь в темноту, пустоту и бесконечность…

Внезапно он заметил бегущую по причалу фигуру. Силуэт мелькал мимо темных зданий таверн, корабельных корпусов и бочек, обрисовывался на фоне костров и неуклонно приближался к дрейфующей лодке.

Амир не успел предупредить своих спутников, когда фигура отделилась в прыжке от причала и ловко приземлилась на их суденышке. Лодка закачалась и затряслась. Хасмин, державшийся за прикрепленный к корпусу шест, пошатнулся и завопил, теряя равновесие. Амир бросил весло на банку и подхватил Хасмина, не дав упасть. Начальник човкидаров взвизгнул и вырвался из рук спасителя.

«Неблагодарный ублюдок… – подумал Амир. – Стоило дать тебе свалиться в воду».

Но сожалеть времени не было, так как прыгун вскочил на ноги.

Калей совсем не выглядела растрепанной. Ее взгляд переместился с ошеломленного Карим-бхая на Хасмина, только что вырвавшегося из хватки Амира. Она шумно перевела дух, извлекла из-за пояса что-то блестящее и выставила перед собой.

– Ты забыл это во дворце. – Она протянула Амиру его шамшир.

Хасмин опомнился, выхватил клинок и слепо рубанул в направлении Калей. Та тоже достала оружие и почти без усилия отвела удар човкидара. Затем рубанула сама, выбила меч из руки Хасмина и приставила ятаган к его горлу.

– Ты дерешься, как мой дедушка, – процедила она. – Он был безрукий.

Хасмин всплеснул руками, на лице его проступил ужас. Лодка тихо покачивалась на воде.

У Амира округлились глаза.

– Калей, не трогай его, он с нами.

– Это очевидно, – заметила она, потом поглядела на Карим-бхая. – С нами куча народа, за исключением меня. Маранг предупреждал, чтобы ты ничего не делал без моего совета.

Лодка медленно дрейфовала прочь от берега. Амир сглотнул, потом наклонился и поднял тальвар Хасмина.

– Мы выяснили, где может находиться Мадира. Сейчас мы плывем в Черные Бухты. Помимо прочего, я никак не мог тебя найти. Ты улизнула от стражников, и я понятия не имел, куда ты подевалась. Честное слово.

А еще пару минут назад, оценив ее физическую подготовку и умение обращаться с оружием, он совершенно искренне пожелал увидеть ее среди своих спутников.

Калей вздохнула. Хоть лодка и качалась, рука ее твердо держала клинок: он ни на дюйм не отодвинулся от горла Хасмина. Наконец она отвела ятаган и вложила в ножны.

– Больше я не выпущу тебя из виду, – пообещала девушка.

– Я всецело за, – отозвался Амир. – Может, сядем? Мне не по душе стоять вот так, посреди моря.

После этого все замолчали, раздавалось лишь мерное поскрипывание весел в уключинах, пока Амир и Карим-бхай гребли по направлению к открытому морю. Волны поначалу были слабые, и Амир решил, что ему нравится Джанакское море, пусть даже оно и пугает своей глубиной.