Читаем Врачебные связи полностью

– Этот «кто-то», – добавила я, – понял, что в Маринином документе больше нет необходимости, так как единственным подозреваемым в убийстве Ильи сочтут, скорее всего, именно Анатолия, а группа пострадавших развалится без его руководства и напора…

– Особенно если как следует помочь следствию! – закончил мою мысль Митя. Этот мальчик, пожалуй, действительно чересчур умен для своего возраста – от души сочувствую его учителям. – Вот они и пожадничали, смели деньги с Маринкиной карточки, как будто ничего и не было. Но, когда дело против Толика стало рушится, вспомнили о ее визите в «Фармаконию» и решили с помощью этой записи шантажировать его… Кстати, я же не сказал – запись чистой воды фальшивка. Время внизу переставлено, зуб даю! Если хотите доказательств, можно проверить другие камеры. К счастью, в здании, где расположена «Фармакония», есть и другие фирмы – комплекс-то большой, многоэтажный. Во-первых, у входа обычно висит камера, и не одна. Затем у стойки охраны – тоже должна быть. У лифтов…

– Есть одна загвоздка, Митяй, – проговорила Даша задумчиво. – Боюсь, никаких других записей мы не найдем: их обычно хранят в течение недели, а потом – уничтожают.

– Что же делать? – расстроилась я.

– Все будет хорошо, – успокоила меня дочь. – Эта запись – не для суда, и теперь мы точно уверены в том, что она поддельная. Значит, в суде не всплывет, и проблема только в том, чтобы убедить Толика отказаться от признания.

– И что тогда? – осторожно спросила Настя.

– А тогда запись обязательно появится на суде, только предъявлю ее я и докажу, что следствие было предвзятым. Я отправлю ее на экспертизу, которая напишет официальное заключение. Тогда Ожегину конец: он получит по полной за унижение, которое я испытала в его кабинете!

Ее серые глаза опасно сверкнули, и я поняла, что в данный момент Дарье гораздо важнее наказать нечистоплотного следователя, нежели добиться правды. Это в любом случае пойдет на пользу Толику, и все же мне хотелось, чтобы Даша руководствовалась более благородными мотивами.

– А как насчет зашифрованных файлов в телефоне Кутаева? – спросила она.

– Все путем, – ухмыльнулся подросток. – Мне потребуется немного времени.

– У меня возникла одна идея насчет «Фармаконии»… – начала я, но звонок Дашиного телефона заставил меня прерваться.

Несколько секунд она молча слушала, но лицо ее при этом менялось, приобретая злое выражение.

– Эй, послушай-ка меня, ушлепок! – рыкнула она в трубку. – Других пугай, понятно? А я пуганая!

Она с силой нажала на кнопку отбоя.

– Кто это, доча? – встревоженно спросила я.

– Да не бери в голову – ублюдки какие-то балуются, – с беспечной улыбкой ответила она. – Так что у тебя за идея?

* * *

– Ну, и что за срочность? – спросил Олег при виде Даши. – Я собирался на обед.

– Успеешь пообедать – тебе и поголодать полезно, не убудет!

– Ты как всегда нежна!

Он старался поддерживать разговор в шутливом тоне, но Даша в коралловом костюме и салатовом плаще выглядела соблазнительно, как никогда, и шутки застревали у него в горле. Неужели они никогда не поговорят, не подкалывая друг друга?

– Митька Прошкин расшифровал файлы Тимура Кутаева! – объявила она, присаживаясь на стул и закидывая ногу на ногу, демонстрируя не только стройные икры и лодыжки, но и восьмисантиметровые шпильки изящных туфелек в тон плащу.

– Твой малолетний гений? – уточнил он.

В ее глазах плясали веселые чертики.

– Я их всех просто завалю – и до суда дело не дойдет!

– Ты узнала, кто грохнул Митрохина?

– Нет, но это не самое главное, – отмахнулась Дарья. – Я ведь, в конце концов, не следователь, и для меня не важно, будет ли найден настоящий убийца. Важно лишь то, чтобы с Анатолия сняли обвинение, а там хоть трава не расти!

– В этом вы все, адвокаты! – с укоризной покачал головой Олег. – А как же такие банальные понятия, как справедливое возмездие и поиск истины?

– Ой, только не надо меня стыдить! – поморщилась Даша. – Ты сам-то чего из органов сбежал? Вот и искал бы себе истину, мстил за невинно убиенных – нет, ты на вольные хлеба подался, где денег больше, а контроля меньше!

На это Олегу ответить было нечего. Даша знала, что он уволился из полиции не из-за нехватки денег – холостой мужчина может позволить себе работать для души. Однако с тех пор, как ушел, Олег ни разу не пожалел о своем выборе: свобода действий и возможность решать, за что браться, а за что нет, для него очень важны.

– Так что там, в файлах-то? – не желая развивать неприятную тему, спросил он.

– Много интересного. Тимур, оказывается, провел небольшое расследование, касающееся «Фармаконии». Там всё – конкуренты, договоры… Знаешь, на чем «Фармакония» делает деньги?

– На наркотиках? – с надеждой предположил Олег.

– Нет, но с тех пор как Митрохин-старший погиб, они не выпустили ни одного собственного препарата!

– В смысле?

– «Фармакония» занимается тем, что скупает «сырые» лекарства и доводит до ума.

– И в чем прикол?