Читаем Врачебные связи полностью

– Итак, насколько я понял, вам требуются две вещи: установить, поступали ли на счет Марины деньги от «Фармаконии» и является ли видео, добытое вами, подлинным?

– Точно, – подтвердила Даша. – И еще есть парочка зашифрованных файлов, которые мой агент добыл у человека, занимавшегося разработкой Елены Митрохиной. Это займет много времени?

– Пока не могу сказать. Присаживайтесь, угощайтесь, чем бог послал, и предоставьте работу профессионалам!

Звучало пафосно, но, похоже, мальчонка знал, что делает. Слегка приплясывая, он провел нас в большое помещение. Часть его была отгорожена перегородкой и походила на уютную гостиную. Несколько старых диванов, заваленных подушками, были расставлены по периметру. Парочка подвесных шкафчиков, плита и стол находились тут же. За диванами высились кипы коробок, больших и маленьких, поставленных одна на другую.

– Это все брата, – пояснил Митя, проследив за моим взглядом. – Не бойтесь, ничего незаконного – просто запчасти к компьютерам и всякие гаджеты.

Заглянув за перегородку, я обнаружила настоящий хакерский рай. Каких только «примочек» тут не было – и огромный плазменный экран на стене, и бесчисленное количество колонок, и еще куча вещей, о названиях которых я даже не догадывалась. Одних только мониторов насчитывалось штук пять!

– Это моя рабочая зона, – с явной гордостью пояснил Митя. – Я работаю в наушниках, поэтому можете болтать. Наська, сделай гостям кофе или чаю – в холодильнике есть варенье и мороженое.

– Вот, значит, как живут подростки в наш просвещенный век! – усмехнулась Даша, с опаской присаживаясь на продавленный диван.

– Но ты права, – заметила я, – и мальчик должен учиться!

– А он учится, – ответила на это Настя, занявшись приготовлением кофе. – Приходит раз в неделю, сдает зачеты и снова пропадает в «берлоге».

– А учителя не возражают?

– Что вы, им так значительно легче! – махнула рукой девушка. – Было бы лучше, если бы Митька сидел на уроках и доводил их до белого каления шуточками и неуместными репликами? Ему в школе скучно, не думаю, что в дальнейшем прогулы помешают ему в жизни. Знаете, какой у него IQ? Учителя не хотят позориться, вот и смотрят на его проделки сквозь пальцы.

– А родители?

– Так нет у них родителей. Вернее, есть, но они лишены родительских прав за пьянки-гулянки. Старший брат, Артем, является опекуном брата и сестры. Он им и мать, и отец – как Толик у Марины.

Кофе не успел еще свариться, как из-за перегородки раздался голос Мити.

– Все, счет проверил: пусто, как и утверждает Маринка! Но неделю назад деньги переводились – я отследил аккаунт через банк: «Фармакония» произвела трансфер на ее студенческую карту, но она являлась только транзитным получателем. Потом деньги ушли на другой счет – анонимный. Я попытаюсь определить, чей именно, но, сдается мне, денежки просто совершили круговорот и благополучно вернулись обратно!

– Зачем такие сложности? – удивилась я.

– Затем, мам, что теперь невозможно доказать, что транзакцию совершила не Марина. Никто не станет проводить расследование при отсутствии доказательств, основываясь лишь на ее словах о том, что никаких денег она не получала!

– Верно! – выныривая из-за перегородки, поддакнул Митя, с восхищением глядя на мою дочь. – Марина не смогла бы доказать, что в глаза не видела перевода, если бы я это не выяснил!

– Вот подонки! – пробормотала я себе под нос. – Мало того, что предложили тяжелобольной девочке сделку в обход других пострадавших, так еще и надули ее, не заплатив ни копейки!

– В этом вся «Фармакония»! – закивала Настя. – Руководство компании выбрало не кого-нибудь, а Марину, потому что Толик возглавляет группу пострадавших. Устранив его, они устраняют и остальных, считая, что Толик – та движущая сила, без которой группа распадется.

– Но они не учли, что Марина побоится сказать Толику о том, что подписала бумаги, и им пришлось действовать иначе! – подхватила Даша.

– Ерунда, девочки! – воскликнула я. – Неужели вы хотите сказать, что ради «устранения» Толи руководство «Фармаконии» решило убить Илью Митрохина (который являлся главой этого самого руководства)!

– Н-да, – озадаченно пробормотал Митя. – Что-то концы с концами не сходятся…

И тут мне пришла в голову одна мысль.

– Митенька, – сказала я, – а ты можешь сказать, когда деньги, переведенные Марине, исчезли со счета?

– Естественно!

Парнишка снова скрылся за перегородкой и через минуту крикнул оттуда:

– Деньги ушли в два пятнадцать ночи… того самого числа, когда застрелили Митрохина!

– Это же просто здорово! – взвизгнула Даша, буквально подскочив на старых пружинах дивана.

– Что – здорово? – не поняла Настя.

– Это значит, что Толик ни в чем не виноват, – терпеливо пояснила я. – И еще это значит, что к убийству Ильи имеет отношение кто-то из его же фирмы.

– Точно! – подтвердила Дарья, ерзая от нетерпения. – Тот, кто знал о смерти Митрохина. То есть тот, кто, возможно, его и убил!