Читаем Возвращение колдуна полностью

— Мадам Дюпре, если быть более точной, — представилась она. — А вы, должно быть, месье Крэйвен, если я не ошибаюсь?

— Да… точно, — сказал я, удивленно моргая. — Но откуда вы знаете…

— Я не дура, молодой человек, — ответила мадам Половая Тряпка, высокомерно поглядывая на меня. — Два ваших приятеля предупредили, что вы приедете.

Уже через минуту сон с мадам как рукой сняло, а когда она затарахтела, продолжая разговор, каждое ее слово, сопровождавшееся выразительным взглядом, навело меня на глупые мысли о том, как бы она выглядела, если бы была на двадцать лет моложе и весила бы на полтора центнера меньше.

— Молодой человек приятной внешности, с белой прядью волос, — сказала она. — Месье Лавкрафт зарезервировал для вас номер.

— Здесь? — спросил я.

— Разумеется, здесь.

Женщина зашла к себе в комнату и через минуту вернулась с ключом длиной с мою ладонь.

— Комната двадцать один, на втором этаже, — сказала она, протягивая мне ключ.

Без всякой задней мысли я схватил ключ, но в последний момент остановился и в нерешительности замер между консьержкой и лестницей, ведущей наверх.

— А вы уверены, что месье Лавкрафт хотел, чтобы я… — неуверенно произнес я, поглядывая по сторонам.

— На все сто процентов, молодой человек. А что касается платы за номер, вы можете об этом не беспокоиться, потому что месье Лавкрафт заплатил вперед за две недели.

— Хорошо, — только и сказал я.

— Он попросил, чтобы я вас накормила, когда вы приедете, — с важностью сообщила мадам Половая Тряпка. — Правда, уже слишком поздно, но для гостей, за которых платят вперед, я готова сделать исключение.

— Это очень любезно с вашей стороны, — быстро ответил я. — Но сейчас мне хотелось бы поговорить с месье Лавкрафтом. В каком номере он поселился?

— В номере двадцать два, — доложила она. — Прямо напротив вашего. Но можете не торопиться идти к нему: господ там сейчас нет. — Взгляд женщины стал почти обольстительным. — А почему бы вам не зайти ко мне? Я бы сделала вам крепкий кофе.

— Потом, — чуть растерявшись, ответил я. Заметив, что она уже собирается открыть дверь и затащить меня к себе, я приветливо улыбнулся и добавил: — Конечно, выпить чашечку кофе было бы просто изумительно, но сейчас мне действительно нужно поговорить с месье Лавкрафтом. Вы не знаете, куда он отправился?

Мадам бросила на меня почти укоризненный взгляд, затем вздохнула, провела толстым пальцем по губам и почему-то указала на дверь.

— В оперу. Но уже нет никакого смысла ехать за ними вдогонку.

— Куда? — удивленно спросил я. — Вы уверены?

— Еще бы, — ответила она с обидой в голосе. — Я сама заказывала им экипаж. Но ехать вслед за ними бессмысленно: все билеты на представление давно распроданы. Сегодня премьера, и вам вряд ли удастся достать билет. К тому же представление скоро закончится. — Она сделала паузу и снова улыбнулась. — Почему бы вам не зайти ко мне и подождать, пока вернутся ваши друзья, за чашечкой кофе? Вы выглядите очень уставшим, и вам нужно срочно выпить крепкого кофе.

На какой-то момент я действительно заколебался и готов был принять ее предложение, потому что чувствовал себя измотанным и разбитым в прямом смысле слова. Мысль о том, чтобы ехать в парижскую оперу и ждать у театра, когда закончится представление, особо меня не прельщала. Но, заглянув в поросячьи глазки мадам Дюпре и догадавшись о ее совершенно определенных намерениях, я решил, что, пожалуй, немного свежего воздуха мне не помешает.

— Немного позже, — вежливо отказался я. — Когда я вернусь. Как мне добраться до оперного театра?

Улыбка на лице мадам стала ледяной.

— На карете, — сухо ответила она. — Но в это время вам ее не найти. По крайней мере, не в этом районе. А пешком идти не меньше часа.

Я был почти восхищен ее настойчивостью, но все же повторил:

— Поверьте, прежде всего мне нужно встретиться со своим другом. Будьте любезны, покажите, как добраться до театра, — попросил я, понимая, что мадам Дюпре не собиралась мне ничего показывать, кроме своих кружевных панталон. — Когда я вернусь…

Я не закончил предложение. В этот момент дверь за моей спиной с грохотом открылась, и я увидел размытый силуэт мужчины.

Мадам Дюпре оглушительно завизжала, а я невольно схватился за рукоятку своей шпаги. Но я не успел достать ее из трости, потому что через секунду ворвавшийся в гостиницу человек сорвал поломанную им дверь и отбросил ее в сторону. Я узнал его лицо. Вернее, то, что от него осталось: левая часть его головы была почти невредимой, а вот правую попросту разворотило: коричневатый материал, заменитель кожи, был разорван и свисал клочьями; железная кость под ним была разбита и примята, а из отверстия, в котором когда-то был стеклянный глаз, торчали разорванные серебристые проволочки.

— Но, месье, прошу вас, не делайте этого!