Читаем Возвращение полностью

— Ты пытаешься понять, сколько мне лет, я и говорю: девяносто шесть, — слабо шевельнув руками, старец замолчал.

— Кто ты? — несмотря на возраст старика, не смог обратиться к нему на вы, у нас изначально такого не было.

— Кто я? Я Патриарх Русов, а вот ты кто такой, что тебя не сожгли в Будилихе и привезли сюда? Чем ты так напугал тамошних слуг Божьих, что они решили показать тебя мне? — ответил старик вопросом на вопрос. — Очередной сектант, верящий в легенду про второе пришествие Макса Са, или ловкий прощелыга? Скажи мне, кто ты, я унесу твою тайну в могилу, мне осталось недолго. — Старец замолчал, разговор дался ему с усилием.

На секунду я задумался: стоит ли рискнуть и рассказать всё? Судя по возрасту старца, вполне вероятно, что он мог в детстве слышать рассказы про меня. Вдруг это мой шанс, и умирающий Патриарх сможет подтвердить мою личность.

— Меня зовут Максим Серов. Со своим напарником мы находились на космической станции на орбите Земли и пролетели сквозь странное свечение. Михаил, так звали моего напарника, погиб, мне не оставалось другого варианта, кроме как сесть на Землю. Здесь я встретил троих подростков дикарей. Девушка по имени Нел стала моей женой. Я рассказывал очень долго: старец дважды прерывал меня, спросив, что такое «космонавт», «космическая станция». Второй раз вынужден был сделать паузу, рассказывая про прилет звездолета. По блестевшим глазам патриарха было видно, что он мне верил. Обнадеженный, я поведал всю свою историю: про Ондон и переселение в Максель, про американцев и профессора Александрова.

После моего рассказа наступила тишина, только шумное дыхание за моей спиной напоминало, что в комнате есть ещё и другие люди.

— Значит, это была не легенда, — тихо произнес патриарх. Пальцы его рук мяли простыню, дыхание участилось.

— Не легенда. Всё, что я рассказал, — чистая правда. Но меня интересует вопрос: почему меня приняли за сектанта, почему вера в возвращение в Макс Са преследуется?

— На то есть причины. — Старец закашлялся. Горилла метнулся к нему и подал кубок с водой. Немного отпив, Патриарх жестом отослал Данка. Собравшись с силами, он немного подтянулся в кровати и принял практически сидячее положение.

— То, что я расскажу тебе, было передано мне дедом. С моей смертью никто больше не будет знать, что произошло с момента, как здесь появились мы.

— Кто это «мы»? — не выдержал я, напрягаясь от начала разговора.

— Не торопись, я тебя выслушал, теперь слушай ты. Слышал имя Василий Лубков или название общины «Новый Израиль»?

— Нет, — признался я, потому что действительно не слышал такого имени.

— В 1910 году от Рождества Христова Василий Лубков организовал переселение общины «христоверов» из России в Уругвай, — начал свой рассказ старец. — Община насчитывала почти полторы тысячи человек. Спустя три года мой дед Алексей Гаврилов вместе с ближайшими родственниками и друзьями решили вернуться на Родину. На обратном пути они попали в шторм, а после него — в молочный туман. Когда пароход подошел к берегу, это были неведомые места. Две недели пароход двигался вдоль разных берегов, пока не наткнулся на это место.

Старец замолчал, давая мне время осмыслить сказанное. Я молчал, мысленно переваривая рассказ старика: вероятно, шторм отнес их пароход к Бермудской аномалии. Вопросы у меня были, но сначала надо выслушать старца, пока в нем теплится жизнь.

— Мой дед, высадившись на берег, встретил людей, понимавший русский язык. Это было удивительно, но люди с черным цветом кожи говорили на плохом русском языке. Эти люди пахали землю, сажали хлеб, разводили скот. У них были воины и даже парусные корабли. Они называли себя детьми Макса Са, именуя Его Великим Духом Неба. Дед быстро смекнул, что этим надо воспользоваться: он считал, что попал на огромный остров, основанный русскими мореплавателями. Руководила местными Русами женщина по имени Сед, ты называл это имя в своем рассказе.

— Как Сед? А Миха, Мал и другие? — перебил я старца.

— Не знаю, я говорю то, что мне рассказывал мой дед. У деда был младший брат по имени Тихон. Тихон женился на Сед и стал править под именем Тихон I. Мой дед Алексей стал Патриархом Русов, возглавив местных шаманов. С дедом на пароходе было больше ста человек, часть из них расселилась в городе. А в честь своей старой Родины они заложили городок Будилиху, ставшую оплотом нашей веры. После деда Патриархом был мой отец Федор. После его смерти на протяжении вот уже пятидесяти лет Патриархом Русов являюсь я, Никон.

— Что было дальше? Дед не рассказывал про такие имена, как Миха, Мал, Тиландер, Санчо и другие? — огромная лапа накрыла мое плечо, призывая говорить тише. Взглянув на гориллу, мысленно обматерил это недоразумение природы.