Читаем Возвращение полностью

Луи не успел полностью связать Малагдаера, а только срезал с него одежду и амулеты, поэтому мне пришлось вязать эльфа самостоятельно. Выгнув его тело дугой, я очередной веревкой от шторы привязал его руки к ногам, а другим куском веревки обмотал голову пленника, пропустив ее через рот. Критически оценив свою работу, я подергал узлы и убедился, что Малагдаер не сможет развязаться. В душе не было ни злости, ни жалости, а только желание отомстить и сделать это с показной жесткостью, чтобы подавить волю наблюдающего за мной Аримара.

Продышавшись, словно перед прыжком в воду, я погрузился в транс и вошел в сознание эльфа. Мне не нужен был весь массив информации из его памяти, я искал то, что касалось заговора, и сведения, которые Малагдаер сумел от меня скрыть в прошлый раз. Ушастый был для меня уже покойником, поэтому я ломал магические блоки в его голове, не опасаясь последствий. Эльф испытывал чудовищные муки, и его тело билось в предсмертной агонии, но я его не отпускал за грань, купируя повреждения и подкачивая истощенную муками ауру.

Теперь я точно знал, что произошло в покоях девушек и почему эльфы устроили дикую сцену с изнасилованием Кати.

Ларчик открывался просто. Эльфы не собирались устраивать диких сцен, а тем более совершать насилие над Катей или Леной. Они действовали по веками отработанной схеме, и девушки после установки в их мозгу контролирующих сознание закладок должны были все забыть. Два дня назад эльфы организовали девушкам легкое расстройство желудка и затяжную диарею, с которой можно было справиться, только зная причину недуга. Придворные врачи не смогли вылечить девушек, и король обратился в эльфийское посольство за помощью.

Аримар со своей командой прибыл во дворец по просьбе короля и согласился заняться лечением герцогини и принцессы. Королевские эскулапы получали от эльфов самые дорогие и действенные лекарства, а поэтому профессионально и финансово полностью зависели от перворожденных. Личный врач короля по первому требованию Аримара оставил эльфов наедине с девушками и даже увел с собой королевскую стражу, доверив охрану покоев пациенток бойцам Малагдаера.

План двигался по задуманному эльфами сценарию, однако им не удалось незаметно подчинить сознание Кати и Лены. Установленная мною защита от ментального нападения подняла тревогу, и девушки начали активно сопротивляться магическому воздействию. Я успел научить начинающих магинь простейшим способам защиты от подобных атак, а запасы магической энергии пришельцев с Земли позволяли держать оборону часами.

Поняв, что их намерения раскрыты, эльфы решили связать девушек, чтобы применить химические способы воздействия на их сознание, и завязалась драка. Тренированная Лена оказала достойный отпор Аримару, который старался не повредить свою жертву, а в результате получил несколько чувствительных ударов по морде и корпусу. К несчастью, Катя умела только кусаться и царапаться, эльф же – вдвое сильнее обычного человека, а тем более хрупкой девушки. Племянница, напуганная нападением, хотела запустить в Малагдаера файерболом, но заставить себя убить человека очень непросто, особенно в первый раз. Промедление Кати позволило Малагдаеру разгадать ее намерение, и, чтобы спасти свою жизнь, он вырубил девушку ударом кулака.

У боевого мага перед обычным воином есть подавляющее преимущество на дальней дистанции, но в ближнем бою ситуация меняется кардинально. Магия требует сосредоточенности и времени, а удар меча молниеносен. Поэтому боевые маги постоянно находятся под охраной обычных воинов и пользуются защитными амулетами, а зачастую сами хорошо владеют холодным оружием и могут за себя постоять.

Возможности Лены в ментальном воздействии на сознание противника намного превосходили таланты Аримара и Малагдаера, вместе взятые, а ее удары по эльфийским мозгам едва сдерживали защитные амулеты. Рискуя потерпеть окончательное поражение, Аримар позвал на помощь Малагдаера, и они вдвоем скрутили Лену и повесили на ее шею амулет, блокирующий магию. Амулет проработал меньше минуты и рассыпался, не выдержав ментальных ударов, но у Лены истощились запасы магической энергии, и она стала неопасна.

Аримар полез в кармашек на поясе, где хранился флакон с очень дорогим и редким наркотиком, способным подавить волю разумного существа, но обнаружил только влажные осколки стекла. Во время драки Лена врезала ногой по печени Аримара и вдребезги разбила флакон, в результате чего весь эликсир вытек.

Этот наркотик применялся перворожденными в борьбе за власть в межклановых войнах, и его следы невозможно было обнаружить в крови эльфа. Настой ядовитых грибов работал как эликсир правды, и с его помощью можно было зомбировать сознание эльфа или человека. Аримар пожадничал сразу применить дорогущий наркотик для подчинения сознания Кати и Лены, за что и поплатился.