Читаем Восьмидесятый градус полностью

Вчера вечером досмотрела свой фильм и пошла к геофизику. Коротко обсудили рассказ про полярников на льдине, второй из тех, что он мне давал. Он решился дать мне «притчу про толерантность», говорит, если тебя не оттолкнёт, дам следующее, про любовь.

Удалось повзаимодействовать с А. Мы перекинулись парой фраз в лаборатории, поэтому потом мне не страшно было прийти к нему в каюту, чтобы показать фотографии настроек софта с экрана телефона, возникли некоторые проблемы.

Поймала себя на мысли, что всё чаще называю своих ближайших коллег не «страшными» и «ужасными», а «жалкими». Это можно назвать положительной динамикой? Кажется, что младший влюблён в меня, и это не сказывается на нём хорошо. Каждый раз, когда мне приходит письмо от человека, лицо его меняется, это сложно не заметить. Отвечает он мне односложно, отрывисто, с раздражением, как будто говорит через силу. Его редко можно увидеть сейчас вне каюты. Хотела бы я не думать о чужих проблемах, но вот не получается.

Зашла быстро в лабораторию к химикам – опять неловко. Хоть сегодня я контактирую в основном с камнями, маленькие столкновения с людьми заставляют нервничать. Сделала внеплановый кофе, засяду за «Ковбоя…» в попытке отвлечься.

Сегодня получила фотографию страницы газеты верфей, где напечатали мой текст. Ну как мой… Его сильно порезали и вставили в общий репортаж про нашу экспедицию за авторством работника газеты. Оказалось, за пределами верфи местную газету не достать.

<p>1 Февраля</p>

Сегодня во время станции думала, что вообще-то я тут очень много работаю. А меня ещё шеймят за то, что я прохлаждаюсь! Попросила старшего коллегу помочь с пробоотбором, как обычно, когда нужно отобрать много проб, он говорит: «Я сейчас не хочу». Просто «не хочу». Договорились, что он придёт после полдника. Младший коллега (от которого сильно пахло перегаром) тоже отобрал свои пробы и ушёл отдыхать. Очевидно, что если работу делать вместе, то она закончится быстрее, так почему же я постоянно остаюсь одна? Коллега в итоге пришёл, когда я уже закончила отбор.

<p>2 Февраля</p>

Перед сном я иногда вспоминаю ужасы дня и говорю себе: «Главное, самой остаться человеком, самой быть доброй», – повторяю это. Мне ведь кажется, что это они «плохие» и должны как-то измениться, но это я никак не контролирую, могу только что-то сделать с собой.

– шатающийся коллега

– рассказ геофизика

Не успеваю писать. Выше тезисно обозначила то, что хочу описать подробно – надеюсь, дойду до этого. Сейчас делаю отчёт и презентацию к лекции – рассчитывала к концу следующей недели, но теперь планируем к началу. А-а-а. Понимаю, что в итоге всё сделаю, но сейчас не могу полноценно отдыхать, знаю, что каждая минута дорога.

Сегодня впервые за долгое время встала к завтраку – вот это да. Настроение автоматически стало хорошим, на дорожке была просто счастлива – просто так: жить, находиться тут. Наверное, скачут гормоны. Но вообще, за весь день ничто не испортило моё настроение. Я много работала – и в лаборатории, и в каюте над отчётом, и вчера хорошо разобрала колонку и заслуженно повалялась в сауне, – в общем, есть ощущение некоего удовлетворения. Сегодня к вечеру устала, но после собрания сходила на лекцию егеря про экспедицию Брусилова на «Святой Анне». Было интересно освежить знания, приключения там обычно достойные книг и фильмов. Была рада слышать про Ерминию Жданко, девушку, в двадцать один год ушедшую в экспедицию в очень слабо изученные края. Лектор-егерь, конечно, не мог не сказать, что от женщин на корабле одни проблемы.

<p>3 Февраля</p>

Вчера долго не могла уснуть. За обедом увидела гидрологов и химиков, которые должны были быть озабочены своей розеттой. По какой-то причине никто не работал. Я уже подумала, что опять из-за какой-нибудь вечеринки накануне, стала злиться. Потом узнала, что из-за сильных подвижек сегодня работы отменены – нестабильно, всё может треснуть в любой момент. В общем, сегодня «отдыхаем» с чистой совестью. На самом деле мне надо написать кучу всего, делать отчёт, презентацию, смотреть пробы и так далее. И ещё успеть на дорожку и в сауну.

Ещё один повод страдать от отсутствия контроля – они забрали мою любимую сауну! Ну, не забрали, конечно, просто запретили её включать самим. С тех пор как я стала играть по правилам, не могу нормально сходить туда, и это огорчает. Раньше я включала её сразу после обеда, и уже к пяти часам температура была достаточно высокой. Сейчас же её включает механик, но, когда бы я ни пришла теперь, там всегда слишком холодно, это рушит мой распорядок дня.

Перейти на страницу:

Все книги серии Альпина. Проза

Исландия
Исландия

Исландия – это не только страна, но ещё и очень особенный район Иерусалима, полноправного героя нового романа Александра Иличевского, лауреата премий «Русский Букер» и «Большая книга», романа, посвящённого забвению как источнику воображения и новой жизни. Текст по Иличевскому – главный феномен не только цивилизации, но и личности. Именно в словах герои «Исландии» обретают таинственную опору существования, но только в любви можно отыскать его смысл.Берлин, Сан-Франциско, Тель-Авив, Москва, Баку, Лос-Анджелес, Иерусалим – герой путешествует по городам, истории своей семьи и собственной жизни. Что ждёт человека, согласившегося на эксперимент по вживлению в мозг кремниевой капсулы и замене части физиологических функций органическими алгоритмами? Можно ли остаться собой, сдав собственное сознание в аренду Всемирной ассоциации вычислительных мощностей? Перед нами роман не воспитания, но обретения себя на земле, где наука встречается с чудом.

Александр Викторович Иличевский

Современная русская и зарубежная проза
Чёрное пальто. Страшные случаи
Чёрное пальто. Страшные случаи

Термином «случай» обозначались мистические истории, обычно рассказываемые на ночь – такие нынешние «Вечера на хуторе близ Диканьки». Это был фольклор, наряду с частушками и анекдотами. Л. Петрушевская в раннем возрасте всюду – в детдоме, в пионерлагере, в детских туберкулёзных лесных школах – на ночь рассказывала эти «случаи». Но они приходили и много позже – и теперь уже записывались в тетрадки. А публиковать их удавалось только десятилетиями позже. И нынешняя книга состоит из таких вот мистических историй.В неё вошли также предсказания автора: «В конце 1976 – начале 1977 года я написала два рассказа – "Гигиена" (об эпидемии в городе) и "Новые Робинзоны. Хроника конца XX века" (о побеге городских в деревню). В ноябре 2019 года я написала рассказ "Алло" об изоляции, и в марте 2020 года она началась. В начале июля 2020 года я написала рассказ "Старый автобус" о захвате автобуса с пассажирами, и через неделю на Украине это и произошло. Данные четыре предсказания – на расстоянии сорока лет – вы найдёте в этой книге».Рассказы Петрушевской стали абсолютной мировой классикой – они переведены на множество языков, удостоены «Всемирной премии фантастики» (2010) и признаны бестселлером по версии The New York Times и Amazon.

Людмила Стефановна Петрушевская

Фантастика / Мистика / Ужасы
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже