Читаем Восьмидесятый градус полностью

О, сегодня же Halloween? Наверное, праздновали вчера. Ночью хотела много написать, сейчас почти всё забыла. Например, про то, как я давно не получала писем от Полины – успела привыкнуть уже к ним. Интересно, что она делает? И что вообще происходит на суше? Думала про то, как мало я общаюсь с людьми сейчас. Более-менее глубокая коммуникация – с парой человек на суше, здесь – редкие small talks[4], и то я редко проявляю инициативу, чаще всего по работе. Почему-то нет ощущения, что людям тут можно доверять, кажется, что всё сказанное мной скоро разлетится по всему кораблю. Здесь информация легко отделяется от конкретного человека и начинает жить сама по себе. Или мне кажется? Есть люди, про которых я ничего не знаю. Вообще, хотела написать про «Инстаграм»[5] – раньше я достаточно много там сидела, следила за людьми, которых толком не знаю, но которые мне интересны. Сейчас же живу без этого как-то и почти не вспоминаю.

Очередной мелкий эпизод: старпом, всегда милый, заглянул в лабораторию, где я сидела за микроскопом, и сказал: «Ой, Лида, вообще-то я шёл в камбуз, тоже к женщинам, а попал сюда» (камбуз ровно палубой ниже). Никак не могу привыкнуть, что тут такое сильное разделение на два гендера. На эту же тему: нам, геологам, для отбора проб осадков нужны узкие шпатели. Найти нужные – та ещё проблема, но кондитерские более-менее подходят. В Мурманске я купила такие – были на выбор зелёные или розовые, я взяла розовые с расчётом спровоцировать этим коллег, суровых геологов (ну понятно, определение «суровый» у меня всегда идёт в кавычках). Как минимум интересно, что у меня в голове сидит такое – что можно спровоцировать мужчин, заставив их работать розовым инструментом. Всё прошло как надо: сколько я наслушалась про этот розовый шпатель…

<p>2 Ноября</p>

Пришла с собрания и захотела написать. После основного было отдельное для геологов и химиков – мы якобы не можем поделить материал… Было дурацкое обсуждение, где наш страшный младший геолог вёл себя не очень (собственно, из-за его притязаний практически и было собрание), но и главный химик не очень-то вежливо попыталась заткнуть меня, когда я говорила. Остаётся только наслаждаться своей способностью распознавать людей – у неё в самом деле в приоритете свои интересы, и вся эта вежливость, только чтобы приблизиться к цели. Вчера разговор зашёл про опыт работы в экспедициях – я говорила, что мне не надо знать все технические подробности работы наших пробоотборников. Мне, конечно, возразили – вот будешь начальницей отряда геологов, тогда… Что-то мне говорит, что не буду: слишком я чувствительный, мягкий человек, чтобы сталкиваться с людьми вот так. Я не готова на что угодно ради результата. Так, наверное, и получается достойный научный выхлоп, но почему такой ценой? Хочется больше наблюдать, не хочу верить в то, что только такие пробивные люди успешны в науке.

А злой страшный коллега теперь, кажется, подкатывает ко мне. Да-а-а, что и следовало ожидать. Сначала я порадовалась – это уж лучше, чем необъяснимая токсичность, но потом поняла, что ничего хорошего из этого не выйдет. Он садится есть за мой стол в столовой и пялится, пока я жую, – я прямым текстом сказала, что предпочла бы есть в прежней компании. Это, конечно, его не остановило. Что может быть хуже, чем подкаты супербесчувственного человека? Приключения не заканчиваются, к сожалению, а энергия моя конечна. Ладно, постараюсь выжить.

Со связью опять проблемы… Институту как будто наплевать на нас, это обидно.

<p>4 Ноября</p>

Пришло письмо от Полины – кажется, вечность прошла с предыдущего, и всё изменилось. Опять перечитываю неотправленное – кто это писал? Опять вспомнила про существование культуры на суше – скучаю. Здесь я в последние дни даже до беговой дорожки не добираюсь, книгу не читаю… Надеюсь, сегодня получится почитать в салоне, хоть и не вся работа сделана. Нравится, что коллеги прислушиваются: теперь я решаю, когда нам брать новый материал, когда нет (так и должно было быть с самого начала – а они, кажется, и рады избавиться от ответственности – класс, все в плюсе). Сегодня день начался не очень приятно – опять химик орала на меня, сверкая очками, как будто это нормально. Знаю, надо сказать в лицо, что прошу на меня не орать…

Сегодня вечером будет показ кино – «Территория». Удивительно, что в разных экспедициях смотрят одни и те же фильмы. Этот я смотрела в своей первой экспедиции по совету одного геолога – не понравился. В предыдущей мы смотрели «Большой куш» с озвучкой – зачем? В этой тоже показывали в начале, я пропустила. Ну и недавно был «Бегущий по лезвию» по инициативе начальника – его тоже смотрели на немецком ледоколе. В этот раз я сходила на показ, и мне понравилось, несмотря на озвучку, – я абсолютно забыла всё с прошлого просмотра. Вообще классно, что совместные кинопросмотры возобновляются, этого мне очень не хватает.

<p>5 Ноября</p>

Перейти на страницу:

Все книги серии Альпина. Проза

Исландия
Исландия

Исландия – это не только страна, но ещё и очень особенный район Иерусалима, полноправного героя нового романа Александра Иличевского, лауреата премий «Русский Букер» и «Большая книга», романа, посвящённого забвению как источнику воображения и новой жизни. Текст по Иличевскому – главный феномен не только цивилизации, но и личности. Именно в словах герои «Исландии» обретают таинственную опору существования, но только в любви можно отыскать его смысл.Берлин, Сан-Франциско, Тель-Авив, Москва, Баку, Лос-Анджелес, Иерусалим – герой путешествует по городам, истории своей семьи и собственной жизни. Что ждёт человека, согласившегося на эксперимент по вживлению в мозг кремниевой капсулы и замене части физиологических функций органическими алгоритмами? Можно ли остаться собой, сдав собственное сознание в аренду Всемирной ассоциации вычислительных мощностей? Перед нами роман не воспитания, но обретения себя на земле, где наука встречается с чудом.

Александр Викторович Иличевский

Современная русская и зарубежная проза
Чёрное пальто. Страшные случаи
Чёрное пальто. Страшные случаи

Термином «случай» обозначались мистические истории, обычно рассказываемые на ночь – такие нынешние «Вечера на хуторе близ Диканьки». Это был фольклор, наряду с частушками и анекдотами. Л. Петрушевская в раннем возрасте всюду – в детдоме, в пионерлагере, в детских туберкулёзных лесных школах – на ночь рассказывала эти «случаи». Но они приходили и много позже – и теперь уже записывались в тетрадки. А публиковать их удавалось только десятилетиями позже. И нынешняя книга состоит из таких вот мистических историй.В неё вошли также предсказания автора: «В конце 1976 – начале 1977 года я написала два рассказа – "Гигиена" (об эпидемии в городе) и "Новые Робинзоны. Хроника конца XX века" (о побеге городских в деревню). В ноябре 2019 года я написала рассказ "Алло" об изоляции, и в марте 2020 года она началась. В начале июля 2020 года я написала рассказ "Старый автобус" о захвате автобуса с пассажирами, и через неделю на Украине это и произошло. Данные четыре предсказания – на расстоянии сорока лет – вы найдёте в этой книге».Рассказы Петрушевской стали абсолютной мировой классикой – они переведены на множество языков, удостоены «Всемирной премии фантастики» (2010) и признаны бестселлером по версии The New York Times и Amazon.

Людмила Стефановна Петрушевская

Фантастика / Мистика / Ужасы
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже