– Какой тут может быть выбор, сэр?! Уезжаю, уезжаю. Причем как можно скорее… Я ведь ничего не имел в виду, сэр, поверьте. И даже не пытался возражать. Вы были абсолютно правы, это все моя дурацкая привычка… Понимаете, дело в том… – Тут он заговорил намного медленнее и осторожнее, совсем как давший пациенту лекарство врач внимательно следит за его эффектом. – Все дело в том, что мне, само собой разумеется, очень хотелось бы еще до отъезда переговорить с моим адвокатом… ну, уладить кое-какие дела и все такое прочее, но он сейчас, похоже, сильно занят, и мне казалось, что если у меня будет чуть больше времени, то… В общем, только это я и имел в виду. Только поэтому и осмелился попросить…

В тот короткий момент, когда доктор, громко кряхтя, нагибался, чтобы поднять с пола спичечный коробок, который он всего минуту назад сшиб со стола ударом своей трости, Хью удалось заметить мелькнувшую у него под усами усмешку.

– Хм… Что ж, это другое дело, – отдышавшись, заметил доктор Фелл. – Лично у меня нет никаких возражений. Правда, не знаю, как у мистера Лангдона… По-моему, он совсем недавно говорил, что ваше поведение невыносимо и что у него сильное желание как можно скорее умыть руки… То есть отказаться давать вам юридические рекомендации.

При этих словах Лангдон будто заново родился. Весь засиял, заулыбался… Видно было, что по каким-то только одному ему известным причинам изменившаяся ситуация устраивает его ничуть не меньше, чем Спинелли. Он даже чуть ли не захихикал, но вовремя сдержался. И тут же, обведя влажными, собачьими глазами всех собравшихся, поспешил заверить их, что главная обязанность любого уважающего себя адвоката – интересы его клиента, что тогда он говорил под воздействием очевидного стресса, но теперь полностью оправился и готов в любую минуту приступить к выполнению своего профессионального долга. Святого профессионального долга!

– Да, да, конечно же, – поддержал его Спинелли. – То есть, я хотел сказать, не могли бы вы позволить нам переговорить наедине прямо сейчас? Понимаете, мне ведь надо срочно уехать из страны, и, значит, другой возможности увидеться с ним просто не будет…

Доктор Фелл хоть и неохотно, но все-таки позволил себя уговорить. Мерч, хотя по-прежнему ничего не понимал, тоже согласился. В распоряжение Спинелли и Лангдона была предоставлена временно пустующая гостиная комната, куда им сразу же предложили пройти. Правда, в сопровождении констебля. В дверях Лангдон задержался, чтобы произнести короткую речь, одарить всех самой ослепительной улыбкой и заверить, что вернется уже буквально через несколько минут. После чего торжественно повернулся и вслед за Спинелли вышел. Дверь за ними медленно закрылась.

Проводив их долгим взглядом, инспектор Мерч резко повернулся к доктору Феллу:

– Ну и что дальше, сэр? У вас наверняка есть какой-то план. Надеюсь, вы не откажетесь поделиться им с нами? Тем более, что сейчас у этой «сладкой парочки» есть шанс пошептаться о своих делишках, так сказать, без посторонних. Который, судя по всему, вы им специально предоставили. С какой, позвольте спросить, целью?

– Да, естественно, специально, – с готовностью согласился доктор Фелл. – И надо признаться, никогда мне еще это не удавалось сделать так быстро и легко. Они сами будто напрашивались на это. Теперь игра начнет развиваться все быстрее и быстрее, джентльмены, причем кое-кому из игроков в весьма короткое время придется расстаться с целым рядом своих уловок. А знаете, интересно, очень даже интересно… – Он задумчиво постучал концом своей трости по столу.

– Что именно, сэр?

– Интересно, продолжает ли наш драгоценный Спинелли носить тот самый пуленепробиваемый жилет? Подозреваю, довольно скоро он ему понадобится. Ох, как понадобится!… Что ж, подождем. Ну а тем временем я хотел бы поговорить о дамах.

Глава 14

Дьявол и ненасытная Стэндиш

Инспектор Мерч, чуть сморщив лицо, смущенно провел рукой по своим коротко подстриженным пшеничным волосам и бросил быстрый взгляд на епископа. Как будто был не очень уверен, что подобные вопросы можно обсуждать в присутствии духовного лица.

– О дамах, сэр? Вы имеете в виду… слова Лангдона о некоей леди из здешних мест? Тогда помогите мне, пожалуйста. Мне ненавистна сама мысль о том, чтобы…

Донован-старший, который все это время не отрывал пристального взгляда от окон, тяжело повернулся к нему. Его лицо почему-то выглядело скучным и неуверенным.

– Неужели все это так уж необходимо? – спросил он. – Не скрою, доктор, я очень и очень обеспокоен. И даже смущен. Понимаете, лично для меня понятие «злодейство» всегда было абстрактным. Чем-то вроде химической реакции. Но увидеть это здесь… Собственными глазами…