– Хорошо. Затем вы, с горящей свечой в руке, отправились наверх, чтобы узнать, не понадобятся ли вашему хозяину свечи. В этот момент вдруг раздался громкий стук в дверь, и вы, открыв ее, увидели перед собой совершенно неизвестного вам человека, к тому же говорящего с заметным американским акцентом. Свое имя он вам назвать отказался, но, увидев на стене переговорную трубу, попросил вас связаться с мистером Деппингом и спросить его, можно ли ему к нему подняться. Что вы, вполне естественно, и сделали. Как вы считаете, Сторер, я правильно излагаю все эти факты и их точную последовательность?

– Да, сэр, абсолютно правильно.

– Благодарю вас. Что ж, пока это все… Можете идти, Сторер, но, пожалуйста, оставайтесь пока внизу. Чтобы, если вдруг потребуется, мы в любой момент могли бы с вами связаться. – Тяжело вздохнув, доктор Фелл опустился в кресло-качалку у торшера. Внимательно осмотрел молчавших коллег и сказал: – Мне надо было в этом полностью убедиться, джентльмены. У меня с самого начала возникло отчетливое подозрение, что здесь явно не все чисто. Давайте попробуем разобраться во всем этом вместе. Для начала, например, поставьте себя на место Деппинга… Итак, наступил вечер. Вы сидите здесь, вот в этой самой комнате, читаете или делаете что-нибудь еще, не важно что, и вдруг совершенно неожиданно, без какого-либо предупреждения во всем доме пропадает электрический свет! Скажите, что бы вы сделали в первую очередь?

– Что бы мы сделали? – нахмурившись, переспросил епископ. – В первую очередь… Ну, наверное, для начала вышли бы, чтобы постараться выяснить конкретную причину…

– Вот именно! – недовольно воскликнул доктор Фелл и с силой ударил концом своей трости о пол. – В данных условиях это самое естественное и логически ожидаемое действие! Когда такое происходит, вы, скорее всего, тут же выходите из комнаты, наклоняетесь через перила, кричите вниз, спрашивая, в чем, черт побери, дело, ну и так далее и тому подобное. Так вот, наш мистер Деппинг, человек, который особенно сильно ненавидел мелкие «неудобства», который только так бы и поступил, почему-то только так не поступил. Спрашивается, почему? Почему он даже не счел нужным выйти и поинтересоваться, что, собственно, произошло?… Нет, он почему-то предпочел проявить крайне необычное для него полнейшее отсутствие какого-либо интереса к тому, что, кстати, так его всегда раздражало! Вместо этого он захотел провести время с человеком, который категорически отказался назвать свое имя открывшему ему дверь дворецкому при тусклом свете одной свечи… Он даже, если помните, приказал Стореру не беспокоиться и не пытаться выяснить, что произошло со светом… Скажите, ну есть ли во всем этом хоть какая-нибудь логика? Конечно же, нет. Ну а что было не так на самом деле? То, что выбило электрические пробки и стало причиной короткого замыкания! Мне показалось, нам было бы очень интересно расследовать конкретные причины этого забавнейшего природного явления. Вы следите за ходом моей мысли? Итак, господа, смотрите сюда, вот она, та самая причина…

Доктор Фелл, с видимым трудом нагнувшись, поднял с пола рядом с креслом-качалкой, в которой сидел, длинный стальной крючок для застегивания туфель – от времени уже заметно почерневший, даже слегка проржавевший – и задумчиво, впрочем, не отрывая от него взгляда, повертел его в руках.

– Видите вон ту электрическую розетку? Которая, кстати, всегда находится под напряжением. Видите? Так вот, именно этот стальной крючок для застегивания туфель и засунули туда, чтобы вызвать короткое замыкание и, с позволения сказать, на некоторое время полностью вырубить свет. Чтобы понять это, достаточно одного взгляда… Кстати, я нашел его прямо рядом с розеткой. Иначе говоря, свет был отключен непосредственно из этой самой комнаты… Ну и что, джентльмены, вы скажете на это теперь?…

Глава 7

«Кто это сидел в моем кресле?»

Епископ Донован, как ни странно, воплощал в себе одновременно и черты настоящего джентльмена, и азартного спортсмена. И того и другого прежде всего отличает чувство справедливости и умение не только выигрывать, но и достойно проигрывать. Он энергично взъерошил свою пышную гриву волос, но затем, вдруг улыбнувшись, примирительно произнес:

– А знаете, уважаемый доктор Фелл, до меня только сейчас начинает доходить, что мне лучше бы побольше молчать. Пожалуйста, продолжайте, прошу вас.

– Вот как? – на редкость добродушно отозвался доктор. – Что ж, тогда давайте пойдем дальше. Итак, следующим на повестке дня стоит вполне логический вопрос: с чего бы это находящемуся, судя по всему, в полном здравии мистеру Деппингу вдруг пожелать самому вырубать свет в своем собственном доме? Ответ на это может быть, думаю, только один: чтобы принять у себя посетителя, которого ни в коем случае не должна узнать его прислуга!…