Читаем Волны. Сэнп полностью

Гэл остановил Огонька. У плетня разговаривали два мужичка, один из собеседников тотчас сбежал, хозяин плетня не посмел. Гэл попросился на ночлег. Низенький круглый селянин в белой рубашке, закрывшись скрипучей калиткой, заикаясь, начал рассказывать о том, что семья, мол, большая, да родители старые, места нет, даже в сарае. Из дома выбежала высокая, тощая хозяйка с полотенцем в покрасневших от работы руках. Испуганно посмотрела на Гэла, на Айрэ, в мечтательные темные глаза Летуна, на своего мужа, и залепетала слезливо:

— Негде у нас негде. А вот за селом, как по дороге поедете, там придорожник есть, там и переночуете, а у нас нету, — и схватив своего супруга за рукав, начала отступать, пятясь и кланяясь, да яростно шепча. — Ты совсем сдурел, беду на дом навести хочешь, зачем ты с ним разговариваешь, ишь глаза какие… У всех у них глаза такие, не даром из дому выгнали… И ребенок… Украл, наверно, где-то… — отступили к дому, развернулись, вскочили на порог и хлопнули дверью.

Гэл озадачено пожал плечами.

— Папа, а они тебя почему боятся? — спросил Айрэ.

— Не знаю, маленький, — задумчиво ответил Гэл.

— А давай спросим, — предложил малыш.

Гэл представил себе, как он пойдет спрашивать у испуганных селян, почему они его боятся, и улыбнулся.

— Пап, ну идем, спросим, — настаивал малыш, — интересно ведь.

— Нет, сегодня мы не будем больше пугать мирных жителей, а пойдем тебя кормить и спать укладывать, — все еще улыбаясь, ответил Гэл. Он опасался, что любопытные селяне, высматривая его в щели дверей, эти двери и сломают, а потом его обвинят во вредительстве. В окна смотреть они не могли, стекла в окнах были мутные.

— А почему ми в лесу не спим? — поинтересовался Айрэ.

— Слишком людей много, — ответил Гэл, вспоминая приветливые рожи разбойников.

— Тогда почему мы не ушли туда, где нет людей, а идем к ним?

Гэл удивленно посмотрел на сына, вопрос логичен, а вот как объяснить ребенку, что затеряться в многонаселенной местности легче как раз среди людей. Таиться в лесах опасно, можно вызвать заинтересованность и подозрение. Гэл постарался ответить. — Ели мы будем прятаться, за нами начнут сначала следить, а потом охотиться, а если мы не будем прятаться, значит, мы такие как все.

— Но мы не такие как все.

— Потому мы должны притвориться такими как все.

— Обмануть?

— Ну, может, и обмануть.

— А мама говорила — обманывать нехорошо, — не унимался Айрэ.

— Но, ведь для того, чтобы выжить, иногда можно схитрить?

— Наверно, — задумчиво согласился ребенок. Гэл вздохнул, с тоской посмотрел на небо: чему он учит сына…

Если бы он знал, чем такая наука для малыша в будущем обернется…

Придорожником оказалась большая изба и два больших сарая. Во дворе, между строениями, под навесом стоял длинный стол, а рядом корыто, где поили животных и мыли посуду. За столом сидели четыре человека: два крестьянина в добротных рубашках и свитках, украшенных яркой вышивкой, человек в плаще, скрывающий лицо тенью капюшона и местный житель, занятый всецело алкоголем.

Тощий хозяин с добродушным и простым лицом бывшего землероба, скрывая страх, уважительно поклонился и слишком поспешно потребовал оплату вперед. Перечитывая монетки, спросил, будут ли путники ужинать, кормить ли лошадей, почистить ли… Гэл уловил недобрый взгляд человека под капюшоном, стоило быть начеку, мало ли что у такого на уме. Крестьяне взяли свои кухли и тарелки, передвинулись от него на другой край стола. Пьяный был достаточно пьян, он дремал в счастливом неведенье.

Гэл посадил сына за стол, попросил служанку присматривать за ребенком, в который раз попомнил бешеный нрав Кэрфи, который раньше так хорошо нянчился с Айрэ, поставил на землю. Оставил у ног сына седельные сумки, красть из них даже самому бедному вору было нечего, и повел Огонька и Летуна в конюшню. Конюшней в придорожнике называли загоны, огражденные бревнами. Гэл надеялся, что Огонек достаточно устал, чтобы спать всю ночь, а не выламывать эти бревна.

Когда вернулся к столу, тарелки с серо-желтым варевом уже стояли перед Айрэ. Ребенок ел, как голодный волчонок, деревянную ложку зажал в кулачек, обнимал тарелку грязной ручонкой. Гэл поморщился, вот тебе и наследник великой транспортной империи Приорола и сын Старейшины Совета Пяти Галактик. Необходимо браться за воспитание, но здесь в таких условиях обучать голодного ребенка столовому этикету?.. Глупо.

Еда была простой, тушеные в котле овощи с мясом, приправленные ароматными травками и кристаллами соли. Здесь, в стране, примыкающей к морю, соль была дешевой, но именно она, плохо вываренная, придавала белым овощам грязный серый оттенок.

Айрэ наглотался еды и, как обычно бывает с уставшими детьми, заснул за столом. Хозяин тихо подошел и сказал, что спать они могут на сене, над лошадьми, если гость хочет комнату, то следует приплатить, но Гэлу уже нечем было платить, сеновал так сеновал, после ночевок в лесу не особо и тянуло в тесные помещения, набитые людьми.