Читаем Войны мафии полностью

– Это ваши ангелы-хранители? – поинтересовалась она у База.

Он оглянулся и едва не свалился с табурета. Эйлин и Ленора рядом – это не просто две маленькие изящные брюнетки, похожие, как сестры, это удвоенный призрак вины, две бомбы с часовым заводом, представшие перед ним одновременно мамаши двух его малышей. Бледный щеки База, и без того нездорового цвета, стали серыми.

– Доктор Эйлер, если я не ошибаюсь, – сказала Ленора. – В этой крысиной норе найдется укромное местечко, чтобы мы могли поговорить?

Он переводил глаза с одной на другую, потеряв голос от испуга. Наконец Баз пошарил в кармане и выудил оттуда ключ – с таким торжеством, будто нашел волшебную палочку. Он размахивал ключом, пока Эйлин не выхватила его из рук.

– Мы оторвем драгоценные пять минут от «блэкджека», – сказала она, – после чего ты сможешь вернуться сюда.

– Ты... – Он нервно сглотнул слюну. – Что?..

Он умоляюще покосился на Ленору, которая, как ему казалось, имела особую власть над ним. Все, что от нее требуется, – это сказать пару слов, и тогда Винс или Эйлин прикончат его голыми руками, смотря кто добежит первый.

– У Эйлин есть к вам дело, – сказала Ленора. – Я подожду у первого от входа автомата. На нем легче выиграть, чем на остальных, – добавила она с усмешкой.

Баз потрясенно молчал. Ленора продолжала, понизив голос, очень зловещим тоном:

– Доктор Эйлер, это очень серьезно.

– Вы ва...

– Позвольте сказать вам... – Ленора выдержала паузу, – что я советую... согласиться на сотрудничество.

Медленную, угрожающую интонацию она позаимствовала не из собственного опыта общения с мафиози, а в каком-то боевике. Ей страшно нравилось говорить медленно, прожигая взглядом дрожащего База, со смертельной холодностью:

– Что бы ни... попросила Эйлин... я присоединяюсь... Вы меня поняли?

– В-вы обе...

Эйлин ухватила его за руку и потащила к лифту – стеклянному цилиндру, по которому безостановочно сновали кабинки. Поднимаясь наверх в прозрачной кабине, Эйлин помахала рукой Леноре, и та махнула в ответ.

В номере у База постель была неразобрана. Видимо, он только что успел его снять. Кроме небольшой сумки, здесь не было ничего, что позволило бы идентифицировать постояльца, да и вообще – факт его наличия. Баз доигрывал свой гамбит в сильно ограниченном шахматном пространстве, словно король, загнанный в угол четырьмя ладьями.

– Ты знаешь, что это такое? – спросила Эйлин, сунув ему под нос один из блеклых спичечных коробков Уинфилд.

– Спички?

Она присела на подоконник, маленькая изящная фигурка, четко выделяющаяся на фоне хмурого февральского дня.

– Это подслушивающее устройство. Одно такое уже находится в ящике стола Винса Риччи в его главном офисе. Мы записываем все, что там происходит, уже несколько месяцев.

– Эйлин!..

– Материалы, которыми мы на сегодняшний день располагаем, практически бесполезны. Несколько раз на этих лентах мне попадался твой голос – ты разговаривал с Винсом о МегаМАО, а однажды – о СПИДе и проститутках. Я вспомнила, что мы ни разу не говорили Винсу, кто такая твоя жена. Он до сих пор не знает, что миссис Эйлер – это Эйлин Хигарти, которая взяла на себя защиту проституток Риччи на процессе о заражении СПИДом.

– Он не... не... знает?

Его голос сорвался от ужаса, от обреченности. Баз был небрит. Наверное, он успел только сойти с самолета и швырнуть сумку в угол необжитой комнаты – и сразу же ринулся к игорному столу. Жестокий дневной свет, без теней, выделял его бесцветное лицо, мешки под глазами, обвисшую складку кожи под челюстью, проблески серебра в двухдневной щетине.

– О Господи, Баз!..

Ее полустон-полувсхлип прорезал безликую угрюмость комнаты, стрелой вонзился в его сердце. Ей не понадобилось слов, чтобы выразить, как он выглядит в ее глазах и стыд за это. Баз замахал руками перед лицом, заслоняясь от нее, спасаясь от боли, которую она могла ему причинить.

– Знаю, – невнятно бормотал он, – знаю... Надо бы побриться и выспаться... Ты не...

– Баз, – перебила Эйлин, – ты выглядишь как бродяга. Господи Боже мой, трудно узнать в тебе человека, которого я... – Она умолкла. Ее лицо застыло, стало каменным, черты заострились. – Баз, настало время предупредить Винса Риччи о том, кто такая твоя жена. Ты должен сказать ему...

– Он меня убь...

– Он скажет тебе спасибо. Он будет благодарен. Ты поговоришь с ним наедине, как с другом. Все это запишет наш «жучок». Если ты справишься, если Риччи проявит неосторожность, если, если, если – мы сможем поднять дело. Сейчас мы безоружны.

– Я не мо... – У него сжало горло от страха. Он судорожно закашлялся. – Ты не долж... – Снова приступ судорожного кашля. – Эйлин, слушай, я никогда, никогда, никогда... – Казалось, у него насмерть отшибло мозги от страха.

– Даже ради самоуважения? – спросила Эйлин. И мгновенно пожалела об этом. Это не зал суда, а перед ней – не свидетель противной стороны. – Даже ради того, что осталось от нашего брака? Ради твоей семьи? Я догадываюсь, что мы немного значим для тебя, Бенджи и я. Но... – Она безнадежно махнула рукой.

– Только не я, Эйлин. Кто-нибудь другой. Не я.