Читаем Внутри ауры полностью

Голубые глаза озаряли лучезарным светом соседнюю сторону яхты, испепеляя мужские тела.

— Вообще-то это не шутки! — уткнул руки в боки Яха. — Закончится еда, мы озвереем и начнем пожирать друг друга… Слышали что-нибудь о легенде «Марии Цвесте»?

— Нет, а что там? — Кирилла разморило на солнце, выручал лишь морской соленый ветер.

— Морское судно много веков назад сбилось с курса в атлантических водах. Его экипаж, чтобы выжить, начал заживо поедать друг друга.

— Жесть какая. Это не выдумка?

— Ты думаешь, я вру? — на самом деле очень тяжело было дифференцировать правду от приукрашенной выдумки, но Кирилл культурно ретировался.

— Нет. Я тебе верю.

— Вот. Вот. Эти воды прокляты, мой мальчик. Далеко не один пират здесь замертво пал от кровожадный пасти Кракена, или от манящих сирен, или же от безумного одиночества…

— Но в основном все их беды заключались в безудержном пьянстве, — рационально констатировала Марго.

— В этих диких таинственных водах порой можно сохранить разум, только притупляя его ромом…

Не обращая ни на кого внимания, Яха продолжал романтично декларировать и созерцать стеклянным взглядом живописные просторы. Никаких участков суши. Ни намека на флору и фауну. Сплошь и рядом вода. Порой казалось, что субстанция дышит и оттого колышется волнами. Ужас охватывал путников от огромной неизвестной темной пропасти на дне океана. Таинственность возбуждало воображение. Мечтатели, где-то внутри навсегда оставаясь детьми, представляли себе чудовищ и затопленные древние города из чистого золота. Любую фантазию мог скрывать в себе Атлантический океан, казалось бы, такой родной человеческому виду, но и такой чужой и непредсказуемый.

Эти три дня показались Кириллу самыми лучшими в его жизни. Никакой суеты, погони, насилия. Лишь покой и красота. Удаленность от суши перестала внушать страх. Открытый океан оказался благоприятным в рамках погоды. Странники наслаждались пейзажами, разговаривали, смеялись и загорали на солнце. Все было так идеально, что даже начинало настораживать.

— Пойду Машу проверю, — поднялся парень на ноги.

— Она спит до сих пор что ли?

— Похоже.

— Везет, — оскалился Яха. — Я не могу спать! Я чую запах добычи! Чую, что совсем скоро мне придется столкнуться с рыбой невообразимой величины! И тогда мне понадобятся силы и ловкость… Счет пойдет на секунды…

Капитан продолжал нести свой ритуальный бред, гипнотизируя удочку, а Кирилл, смеясь, потихоньку удалился в каюту. Внутренняя обстановка яхты состояла из кухни и двух спусков в отдельные комнаты, в одной из которых жили Маша с Кириллом, а в другой Яха, Лизи и Марго. Несмотря на океанскую шумоизоляцию, на борту постоянно раздавались стоны и хлопки. И днем, и ночью вне зависимости от комнат дикари не позволяли тишине задержаться на пороге. Все постоянно трахались. И ничего с этим поделать было нельзя. Океан совращал и наделял переполняющей безумной первобытной энергией. И сейчас парень направлялся к Маше далеко не спать. Он аккуратно на цыпочках подобрался к двери, приложился к ручке и потянул на себя. Девушка, распластавшись по всей кровати, спала в футболке и трусах. Простыня была зажата между бедер, а наливные пышные ягодицы нагло торчали из-под кружевного белья. У Кирилла не осталось причин на благочестие и пощаду. Он расплылся в вожделеющей улыбке и самоуверенно и жадно подкрался к жертве. Начиная целовать ее с лодыжек, парень медленно поднимался выше по всему телу. Маша сладко замурлыкала и начала ласково поглаживать ступней живот извращенца.

— Кажется, на тебя пиратская компания плохо влияет, — заключила сонным голосом Маша.

— Я не знаю, как это объяснить, но наше морское путешествие сводит с ума! — он уже кусал ее упругую смуглую плоть бедер.

— Я заметила… У меня за три дня матка раздолбленная, как чучело с конфетами…

— Ничего себе какие у вас, мадам, метафоры, — игривым тоном комментировал Кирилл. — Готовитесь стать американской леди?

— Первое, что пришло в голову, — томно задышала Маша, когда Кирилл добрался губами до чресел. — Мысли туговато идут, когда вас совращают…

— Я их отбросил полностью и теперь готов только пить вино и заниматься любовью…

Маша развернулась и предоставила себя удовольствию и наслаждению. Кирилл осознал, что трусы мокрые не от его слюней и плавно стащил их.

— Интересно…кто-нибудь умирал раньше от переизбытка секса? — сквозь помутнение рассудка размышляла Маша.

— Если нет, — облизывался Кирилл, — то нашей команде вполне может выпасть роль первооткрывателей…

Маша засмеялась и сняла с себя футболку.

— Мне иногда стыдно даже бывает перед Марго и Лизи. А это совсем край…

— Да. Это все равно, что извиняться перед дьяволом за свои плохие проделки…

— Точно, — хихикала она. — Вкусно?

— Объедение, — игрался языком с гениталиями парень.

— У меня, кажется, с прошлого раза там еще влажно.

— А я ловлю себя на мысли, что 23 часа из 24 в сутки мой член либо стоит, либо норовит встать…

— Иди уже сюда, языкастый…