Читаем Внутри ауры полностью

— Тут корабль наткнулся на дикие необитаемые острова. Измученные жаждой и голодом путешественники ринулись в джунгли, где наткнулись на древнее зло…

— Милый, ты фантазируешь еще пуще любой суеверной бабки, — посмеялась Лизи.

Все не сдержались и засмеялись. Волна смеха не смогла обойти стороной Яху, и он поддался порыву. Но тут добродушный хохот перешел в злобный:

— Глубоко в джунглях на странников напали индейцы и доставили их к своему вождю. Тот, не раздумывая своим однобоким и кровожадным мозгом, принял решение принести белых чужеземцев в жертву их древнему богу. Нас поместили в клетку из обглоданных человеческих костей…

Яха резко вскочил на ноги, начал интенсивно размахивать руками и наглядно воспроизводить эпичную хронологию. Даже Марго притихла и позволила пирату отвести душу.

— Нам угрожали самой жестокой земной расправой, а затем бессрочным страданием в преисподней у их богов, но нам удалось вырваться. Мы вступили в смертоносную схватку с аборигенами, а тем временем Молдован, как самый ловкий и сильный воин, направился сразиться с вождем племени. Мудрый вождь знал все наперед и ждал воина в древнем храме, который принадлежал еще их предкам. Границы храма были недоступны смертному мужу, ее охраняли неведомые человеческому сознанию силы. Любого глупца, осмелившегося пересечь границу, силы превращали в ничтожный прах. Силы вытворяли с существом то, что самому сатане не приходило в голову. Проносили по всем кругам ада, подобно аттракционам. Но имелось противоядие. Священные надписи на стенах храма, способные открыться лишь избранному. Молдован не испугался и ворвался в храм. Неописуемые процессы и осознания затуманили его разум, но герой смог прочесть настенные скрижали и сохранить свой дух. Тогда он стал избранным и одолел вождя племени. В тот же момент его бесчисленное проклятое войско пало замертво и обратилось в пыль. Команда же отыскала индейское золото, выпивку, еду и отправилась в родные края благородными и непобедимыми героями… Ха-ха!

Торжественный клич разнесся по просторам океана. Яха принял рыцарскую победоносную позу и с гордым вызовом задрал нос к ночному небу. Кирилл и Маша в смятении наблюдали за позерством, а затем переключились на Марго, нуждаясь в честной корректировке.

— Короче, — усмехнулась она, — наше судно, действительно, сбилось с курса и заплутало в глухом аномальном участке. Какие-то творческие впечатлительные личности утверждали, что это влияние бермудского треугольника, кто-то верил в злодеяния морского бога, но по мне — все просто посходили с ума от наркоты и бухла. Мы наконец добрались до суши и ею оказался Панамский перешеек. Граница между южной и северной Америкой. Там нас встретила индейская резервация. Это оказался самый добрый и гостеприимный народ, который я встречала. Они накормили, напоили и предоставили свой кров.

Яха с любопытной улыбкой вернулся за стол и с адекватной реакцией позволил пролить свет на одно из самых важных воспоминаний его жизни.

— Но аборигены оказались не так просты. Выяснилось, что они потомки древних ацтеков и хранители ключика от человеческого будущего.

— Что за будущее? — Кирилл, подобно ребенку, уронил нижнюю челюсть.

— Они это называли «Ihticoyonpui», что в переводе с древнего науатля означает «пустота» или совершенство. Буквально он представлял собой корень священного многовекового дерева, которому с незапамятных времен их предки молились и приносили жертвы. В земле среди корней было погребено множество поколений индейцев. У каждого была своя судьба, своя история. Считается, что корни впитали их чувства, знания и знамение всего человеческого рода. Индейцы употребляли корни священного дерева, чтобы прозреть, связаться со вселенной и обрести истину…

Марго затянулась и передала косяк ребятам.

— И что было дальше? — с нетерпением ждали продолжения искушенные слушатели.

— А дальше легендарный квартет упоролся вместе с шаманами и вождем племени…

Компания вновь заржала. Яха ушел в неистовый гогот, напоминающий удушье экзотической птицы. Кирилл с Машей разочарованно заерзали на месте, им не терпелось узнать всю правду.

— Знаете, бандерлоги, это не какой-нибудь сильный психотропный наркотик, — включился серьезно в повествование Яха. — Это божий дар. Божий дар, который был послан человеку, чтобы он, наконец, во всем разобрался и осуществил истинный замысел. Это лекарство, которое лечит и освобождает тебя от телесных и мирских оков, но и одновременно невиданный яд… Это совершенство за гранью любого определения и понимания…

Молодежь жалобно смотрели на Яху и он сдался и перешел к сути.