Читаем Властелины моря полностью

Устрашающий корабль-призрак, весь почерневший от напряжения, набитый людьми и ощетинившийся веслами, – это эмблема свободы и демократии, но также имперских амбиций. Это военное судно Афин, одно из сотен, составляющих флот государства, выполняет волю его граждан. Достигнув вершин своего могущества, Афины стали во главе могучей морской империи, ныне почти забытой. Огромное географическое пространство включало в себя более ста пятидесяти островов и городов-государств, расположенных между южной частью Эгейского моря и самыми отдаленными районами моря Черного. Для того чтобы патрулировать и защищать столь удаленные друг от друга границы, афинянам был нужен быстроходный и сильный флот. Ответом на эту потребность стала триера.

Подчиненное одной лишь скорости, это деревянное торпедообразное судно насчитывало сто двадцать футов (36,6 м) в длину, от тарана на носу до закругленной и несколько приподнятой над водой кормы. Триера по самой своей конструкции настолько легка и изящна, что от того, чтобы не распасться, ее удерживают только огромные опоясывающие весь корпус тросы-сухожилия. Когда задувает попутный ветер, матросы ставят большой квадратный парус, но главным механизмом, заставляющим триеру продвигаться вперед, является весло. Греческое слово triers означает «тройная гребля» – указание на три яруса, где располагаются 170 гребцов. Команды триер, без устали работая целыми днями, достигали фантастической, невиданной по тем временам скорости в десять узлов. Греки называли триеру naus, или «длинное судно». Из этого корня возникает целая россыпь морских терминов: «навигатор», «навигация», «астронавт» («звездный мореход»), «наутилус» и даже «нозия» («тошнота», «морская болезнь», а по-гречески – «ощущение нахождения на борту»).

Афиняне были людьми, обрученными с морем, или, как выразился один острый на язык спартанец, «вступившими в порочную связь с морем». Сам же город связывал свое процветание с постоянным укреплением морского владычества. Греческие историки даже придумали специальный термин, определяющий такого рода господство, – «талассократия». На протяжении многих веков флоты разных держав постоянно сталкивались в борьбе за контроль над внутренним морским бассейном, простирающимся от ливанских берегов на запад, к Гибралтарскому проливу и Геркулесовым столпам. Как отмечает в своей работе «Влияние морской силы на историю» Альфред Т. Мэхэн, «благодаря географическому положению Средиземное море всегда играло более значительную – и в экономическом, и в военном смысле – роль, нежели любое водное пространство сопоставимых размеров. Контроль за ним стремились установить многие страны, и соперничество это продолжается и поныне».

Афины оказались первыми, кто вступил в эту борьбу. Более ста пятидесяти лет этот город-государство с населением 200 тысяч располагал сильнейшим в мире флотом. Если быть более точным, афинская талассократия, знавшая взлеты и падения, просуществовала 158 лет и один день. Начало ей было положено у Саламина, на девятнадцатый день месяца бэдромиона (что примерно соответствует нашему сентябрю) 480 года до н. э., когда афиняне одержали историческую морскую победу над армадой царя Ксеркса. Конец же наступил в Пирее, в виду того же острова Саламин, на двадцатый день того же месяца 322 года до н. э., когда преемник Александра Великого направил сюда военный отряд с целью захвата морской базы. На этот промежуток времени пришелся золотой век Афин.

Без афинского флота не было бы ни Парфенона, ни трагедий Софокла и Эврипида, ни «Республики» Платона, ни «Политики» Аристотеля. До греко-персидских войн Афины не могли похвастать сколько-нибудь серьезными завоеваниями в таких областях, как философия, архитектура, драматургия, политические учения, история. А после того как в начале V века до н. э. афиняне проголосовали за строительство флота и город-государство сделался, таким образом, морской державой, наступил стремительный подъем искусств и гуманитарных наук. Что касается других городов образовавшейся морской империи, то хоть временами они и бунтовали против афинского владычества, ветер времени дул и в их паруса тоже. Своим огромным трудом, посвященным греко-персидским войнам, уроженец Галикарнаса Геродот положил начало исторической науке, какой мы ее знаем. Гиппократ из Коса заложил основы медицины, не поколебленные и поныне, как сохранила свою силу приписываемая ему клятва. Гипподам из Милета завоевал репутацию первого в мире градостроителя. Самый знаменитый его проект – Пирей, где и поныне, на территории современного порта, можно увидеть заложенную им сетку (решетку) улиц.