Читаем Властелин Севера полностью

– Да уж, такой цвет поневоле бросается в глаза! Ну согласись, это сущий ужас? И кто только додумался сделать корпус судна из древесины ели?! Корабль называется «Пламя дракона», но я зову его «Дыхание червя». У меня ушел месяц, чтобы подготовить его к спуску на воду. Судно принадлежало человеку, который погиб при Этандуне, и гнило в водах Темеза, пока Альфред не отдал его нам.

– Интересно, почему Альфред вдруг решил мне помочь?

– Он сказал, что в битве при Этандуне ты отвоевал его трон, – ухмыльнулся Рагнар. – Король преувеличивает, я уверен, – продолжал он. – Сдается мне, ты просто удачно споткнулся в нужном месте и тихо крякнул, но этого хватило, чтобы одурачить Альфреда.

– Я совершил достаточно, – негромко проговорил я, вспомнив ту битву на зеленом холме. – Но я думал, Альфред не оценил моих заслуг.

– Еще как оценил. Но он решил спасти тебя потому, что таким образом заполучил монахиню.

– Кого-кого?

– Монахиню. Бог знает, на что она ему сдалась. Что касается меня, я предпочел бы шлюху, но Альфред заполучил монахиню и, похоже, был весьма доволен сделкой.

Вот тут и всплыла подоплека всей истории. Той ночью я не услышал ее целиком, но позже сложил отдельные фрагменты и сейчас расскажу вам, как было дело. Все началось с Хильды.

Гутред сдержал свое последнее обещание и обошелся с Хильдой благородно. Он отдал ей мои меч и шлем, позволил сохранить мою кольчугу и браслеты и попросил стать компаньонкой своей супруги, королевы Осбурх – племянницы низложенного короля Эофервика.

Но Хильда винила себя в том, что со мной случилось. Она решила, что оскорбила Бога, сопротивляясь его призывам стать монахиней. Поэтому она умоляла Гутреда позволить ей вернуться в Уэссекс и вновь вступить в монастырь. Король хотел, чтобы она осталась в Нортумбрии, но Хильда сказала, что Бог и святой Кутберт требуют от нее совсем иного, а Гутред всегда подчинялся требованиям Кутберта.

Поэтому он разрешил моей подруге сопровождать посланников, которых отправил к Альфреду. Таким образом, Хильда вернулась в Уэссекс и, едва добравшись туда, разыскала Стеапу, который всегда был сильно к ней привязан.

– Мы с ней отправились в Фифхэден, – сказал мне Стеапа в ту памятную ночь, когда зарево пожара освещало разрушенные стены монастыря в Гирууме.

– В Фифхэден? – удивился я.

– И мы выкопали там твой клад, – продолжал Стеапа. – Хильда показала мне место, и я его выкопал. Потом мы принесли все Альфреду. Высыпали на пол, а он просто молча смотрел на сокровища.

Клад был оружием, с помощью которого Хильда решила меня освободить. Она рассказала Альфреду о том, как Гутред меня предал, и пообещала, что, если король пошлет людей на мои поиски, она построит Божий храм, потратив все серебро и золото, что лежит на полу его зала. Она также дала обет раскаяться в своих прегрешениях и провести остаток жизни Христовой невестой. Она сказала, что будет добровольно носить оковы церкви ради того, чтобы с меня сняли железные оковы.

– Так Хильда снова стала монахиней? – спросил я.

– Она сказала, что таково ее собственное желание, – ответил Стеапа. – Сказала, что этого хочет Бог. И король Альфред согласился с ее решением.

– И отпустил тебя? – спросил я Рагнара.

– Надеюсь, что отпустит, – ответил Рагнар, – когда я привезу тебя домой. Пока что я все еще заложник, но Альфред сказал, что я могу отправиться тебя искать, если пообещаю вернуться. И нас всех скоро освободят. Гутрум ведет себя хорошо, не доставляет никаких хлопот. Король Этельстан – так его теперь зовут.

– Он в Восточной Англии?

– В Восточной Англии, – подтвердил Рагнар, – и строит там церкви и монастыри.

– Неужели он действительно стал христианином?

– Бедный ублюдок так же набожен, как и сам Альфред, – мрачно проговорил Рагнар. – Гутрум всегда был легковерным дураком. Но Альфред послал за мной и сказал, что я могу отправиться на твои поиски. Он позволил взять людей, которые служили мне в ссылке, а остальную команду набрал Стеапа. Они саксы, конечно, но зато достаточно хорошо умеют грести.

– Стеапа сказал, что он здесь для того, чтобы тебя сторожить, – сообщил я.

– Стеапа! – Рагнар посмотрел поверх костра, который мы разожгли в разрушенной церкви монастыря. – Ты, грязный кусок вонючего козьего дерьма! Ты сказал, что находишься здесь для того, чтобы меня сторожить?

– Но я и вправду здесь для этого, мой господин, – ответил великан.

– Ты кусок дерьма! Но ты славно дерешься, – ухмыльнулся Рагнар и снова посмотрел на меня. – A тебя я должен отвезти обратно к Альфреду.

Я уставился в огонь, где обломки горящих плетней сияли ослепительным красным цветом.

– Тайра в Дунхолме, – сказал я. – И Кьяртан все еще жив.

– Я обязательно отправлюсь в Дунхолм, когда Альфред меня освободит, – заверил меня Рагнар. – Но сперва я должен отвезти тебя в Уэссекс. Я поклялся, что сделаю это. Я поклялся, что не нарушу мира в Нортумбрии, а только привезу тебя к Альфреду. И Альфред, само собой, держит у себя Бриду.

Брида была женщиной Рагнара.

– Зачем?