— Здесь было действительно здорово, — услышал я от группы людей, выходивших из ресторана. Они подошли ко мне. — Вы, должно быть, знаменитый Джек Фрост, — сказала одна женщина. — Мы здесь, чтобы осмотреть некоторые помещения ваших офисов.

— Вы, должно быть, из «Харрингтон КиберТек», — вежливо поприветствовал я их. Я был рад, что успел ознакомиться с их досье в машине на обратном пути из башни Свенссонов. — Сюда, пожалуйста.

— В настоящее время мы расположены в Бруклине, — сказала женщина, — но это очень далеко от финансового центра.

— Так и есть, — мы вошли в лифт. — Вы увидите, что у нас здесь есть идеальное место, которое вы сможете занять, — я отвел их на несколько этажей ниже компании Марка Холбрука.

— Этот ресторан великолепен, — восхищалась женщина. — Честно говоря, в этой башне так здорово. Я и понятия не имела, что здесь есть такое место!

— И у них даже есть квартиры, — поддержала одна из ее коллег.

— Да, наш генеральный директор Стив Харрингтон упомянул, что мы могли бы приобрести несколько квартир здесь.

— Они быстро продаются, — сообщил я им. — Сегодня ко мне придут покупатели, чтобы посмотреть на некоторые из них.

— Ох, нам лучше поторопиться. Сегодня же поговорю с мистером Харрингтоном, — заявила женщина.

Они фотографировали помещение, пока мы прогуливались по нему.

— Будем на связи, — произнесла представитель «Харрингтон КиберТек», когда мы пожимали друг другу руки.

Следующей появилась пожилая пара. Пожилая женщина была с печеньем из пекарни Хлои. Это было одно из тех особенных печений, которые она испекла, с надписью: «Фрост-Тауэр».

— Не смогла устоять, — призналась она с широкой улыбкой. Затем заключила меня в объятия. — У меня такое чувство, что я знаю вас по Инстаграму Хлои! — она продолжала сжимать меня.

Я не был уверен, хочу ли видеть их своими соседями, но продажа — это продажа, и они показались мне достаточно милыми. Пожилая пара также казалась очень влюбленной, и я надеялся, что мы с Хлоей будем такими же, когда нам будет столько же лет.

— Посмотри, Бернард! — позвала женщина своего мужа, осматривая квартиру. — Разве этот вид не потрясающий?

— Какова политика в отношении ремонта? — спросил ее муж.

— Сейчас сюда заехало еще не так много людей, — объяснил я.

Мы с Хлоей могли справиться с любым шумом, и Анастасия, вероятно, получила бы скидку на ежемесячные взносы, я бы предоставил ей это в обмен на то, что она будет терпеть шум от строительства. Хлоя сказала, что у Анастасии некоторые финансовые трудности. И я подумывал о том, чтобы предложить ей ссуду или, по крайней мере, познакомить ее со своим братом Оуэном, который был криптовалютным миллиардером и который, как я думал, понравился бы Анастасии. Но я знал, что для этого у этой женщины слишком много гордости.

— Во Фрост-Тауэр можно произвести любое строительство, которое вам необходимо завершить, — заверил я пару.

— Мне нравится это место! Оно идеально.

— Думаю, мы ее возьмем, — заключил Бернард и протянул мне руку для рукопожатия.

— Замечательно.

— Не могу дождаться, когда мы станем соседями! — его жена была в восторге.

— Похвально, что вы живете здесь, — сказал мне Бернард, когда мы спускались по лестнице. — На мой взгляд, то, что вы так сильно поддерживаете свой проект, и что живете в нем, говорит о вашей честности. Многие из компаний по недвижимости — инвесторы-однодневки из Китая или с Ближнего Востока. Мы с Труди рассматривали квартиры в самых разных зданиях, и никогда не знаешь, с кем имеешь дело. Мне нравится смотреть мужчине в глаза, пожимать ему руку и получать от него гарантии того, что он мне продает. Так было в мое время. Приятно видеть, что в этом городе еще остались честные люди.

— Именно так, сэр, — я помахал им, когда они выходили из башни. И оглядел ресторан. Похоже, что в ресторане вообще не было затишья. Я взглянул на часы. Скоро наступит время ужина.

— Полагаю, снова пицца, — сказал я сам себе.

<p>4</p>

ХЛОЯ

Когда мы открыли бистро «Серая голубка» ровно в семь утра, ресторан сразу же был заполнен.

— Пожалуйста, не дай нам остаться без еды! — взмолилась я кухонным богам.

Это был мой самый страшный кошмар, из-за которого я не могла уснуть и, вероятно, поэтому так неистово пекла. Я ни при каких обстоятельствах не хотела, чтобы у меня закончились продукты. Это стало бы величайшей ошибкой и величайшим оскорблением в маленьком городке на Среднем Западе, в котором я выросла. Остаться без еды — значит быть плохой хозяйкой. Если у тебя не хватает еды на всех, значит, ты невнимательна и, вероятно, немного придурковата.

Моя ба любила хвастаться, что весь городок может заявиться к ней домой без предупреждения, и у нее будет достаточно еды, чтобы накормить всех и уделить им немного времени. Может, в моем ресторане и не собрался весь Нью-Йорк, но ощущение было такое, что это именно так. Нина, Мария и я всю прошлую неделю пекли тысячи печений, тортов и пирожных-тарталеток на большой коммерческой кухне.