Читаем Вкус победы полностью

Даже не попрощавшись, он сошел по оставшимся ступенькам на обочину и неторопливо побрел по направлению к толпе. Через несколько минут он уже протискивался сквозь толпу к веревке, которую натянули, чтобы предотвратить несчастный случай – людей могли затоптать насмерть копыта двадцати неукротимых лошадей. Толпа взволнованно напирала на Мэннерс. «Отличное место для воров-корманников», – отметил он и с радостью подумал о том, что все его ценные вещи в безопасности лежали в нагрудном кармане. Мэннерс удивленно осмотрелся вокруг. Все эти люди, в лучшем случае, лишь несколько секунд увидят гонку, а будут думать, что они получили большое удовлетворение. Он про себя усмехнулся над особенностями человеческой природы и устремил взгляд на поле.

Двадцать наездников толпились кучкой, по-видимому, они тащили жребий перед стартом. Наездники друг за другом появлялись на поле, приветственно махая регистрационными номерами своим болельщикам в толпе.

Мэннерс вздрогнул и поднял руку, чтобы защитить глаза от солнца – он не хотел верить – это не могла быть женщина! Он был настолько ошеломлен, что не заметил, как произнес эти слова вслух, а стоявший рядом с ним парень, с толстым, как у свиньи, лицом, сказал ему низким дискантом:

– Может. Так оно и есть. Это Эллин Кэмерон, – потом, перейдя на шепот, чтобы не оскорбить присутствующих женщин, он добавил: – Сука. Надеюсь, что она разобьется.

Мэннерс пропустил мимо ушей оскорбительное и гадкое замечание этого низкорослого человека, очарованный видом женщины с копной золотисто-каштановых волос, завязанных узлом на затылке. Для женщины она была высокого роста, но ее движения были настолько отточены и изысканны, как будто она была хозяйкой на светском приеме, а не жокеем на стипль-чезе. Глаза были подобны сверкающим изумрудам в обрамлении камеи и выделялись на фоне белой кожи. Ее утонченная красота говорила об аристократическом происхождении и воспитании, и казалось, что этими качествами она обладала с величественным пренебрежением.

Одетая в укороченный ковбойский костюм, женщина и в самом деле собиралась участвовать в гонке, а не наблюдать за ней. Она рассматривала полученную регистрационную карточку, потом подняла голову и какое-то мгновение смотрела прямо на Мэннерса. Дрожь, пробежавшая по его телу, когда она перевела взгляд на неизвестный третий объект, ошеломила Мэннерса.

Ее бледное выразительное лицо загорелось от удовольствия, свидетелем чего он имел честь оказаться.

– Мисси! Берт! – позвала она звонким голосом, прорвавшимся сквозь шумевшую толпу. – Я вытащила третий номер!

Мэннерс вцепился в натянутую перед ним веревку, подавшись вперед, чтобы лучше видеть Эллин. Привлекающая поразительной красотой женщина подъехала ближе к нему, двигаясь с грациозностью, которую трудно было найти в женщинах этих мест. Она подъехала достаточно близко, и он с трудом подавил в себе желание протянуть руку и коснуться ее.

– Третий. – повторила она более радостно, чем в первый раз.

Очевидно, ей в ответ сказали что-то, что ее успокоило, так как напряженный взгляд ее холодных зеленых глаз сменился улыбкой, которую можно было назвать только самодовольной. Она собралась развернуться и отъехать, и ему надо было заговорить с ней.

– Удачи, мисс Кэмерон, – как бы со стороны услышал Мэннерс свой собственный голос: в конце концов, он отважился развязать язык.

Она повернулась на каблуках и пленительным взглядом, сощурившись, посмотрела прямо ему в лицо. Ее настороженное выражение говорило о том, что она, по крайней мере, остерегалась незнакомцев.

– Спасибо, – через минуту ответила она кратко и недовольно, совсем не таким переливающимся колокольчиком-голосом, каким разговаривала со своими знакомыми.

Потом она ушла, робко ступая по грязному полю к стартовому столбу. Ее осторожность заставила Мэннерса улыбнуться. Он представил, что она будет целиком покрыта грязью еще до завершения гонки, независимо от того, закончит она ее или нет. Потом она исчезла в скоплении людей и лошадей.

«Какого черта такая женщина-леди как Эллин Кэмерон участвует в скачках, тем более в стипль-чезе?» – подумал Мэннерс. А она была леди. Ошибки быть не могло. В ней было нечто большее, чем ее поразительная красота и грациозные утонченные движения. Во всех ее манерах чувствовалась порода, и к тому же образованность и культура в обхождении. Это была тепличная роза в пустыне среди перекати-поле. Это была находка!

Женщина, на которую сразу же обратил внимание Джошуа Мэннерс, через мгновение уже сидела верхом на статном большом породистом жеребце шоколадного цвета, как нельзя более подходившем ей. В самом деле, выправка коня подчеркивала ее красивую осанку. Он был достойным представителем своей престижной породы. Жеребец норовисто мотал головой с чувством собственного достоинства. Он унаследовал породистую узкую морду, узкую спину и длинные сильные конечности. В его великолепном сложении чувствовалась сила. Он был рожден, чтобы побеждать!