Она послала Шейка галопом, оставив позади удивленного и растерянного ранчера. Билл Боланд видел, как она исчезла в толпе, и уныло потер щеку. Наконец на его лице появилась запоздалая улыбка. Не могло быть сомнений, Эллин Кэмерон была дьявольской женщиной, и если бы она выиграла скачки, то она этого заслуживала. Но, наверняка, этого не случится. В любом случае, выиграет она или проиграет, решил Билл, он женится на ней.

Глава 2

Звук воды, плещущейся в тазу, разбудил Джошуа Мэннерса, видевшего приятные сны. Он потянулся и открыл глаза. Ему понадобилось лишь одно мгновение, чтобы понять, где он. Джошуа проделал довольно большой путь, и этот городок – как там его, Рэпид-Сити? – да, так именно он назывался – был третьим на его пути за эту неделю. Он снова закрыл глаза, надеясь досмотреть сон и еще немного вздремнуть. Но прикосновение теплой, влажной мочалки ко лбу лишило его этих удовольствий.

– Уже поздно, Джошуа, – сказали ему низким слащавым альтом. – Ты опоздаешь на скачки.

Джошуа лениво улыбнулся, вспоминая прошедшую ночь. Как ее звали? Лотти? Нет, Летти. Именно так. Он, не открывая глаз, потянулся к умывающей его руке. Рука была теплой и полной. Он с глухим стоном сжал ее.

– Принеси мне, пожалуйста, завтрак, дорогая, – растягивая слова, попросил он. – Я бы мог съесть слона.

Она засмеялась, как будто никогда не слышала ничего более остроумного.

– Вряд ли у меня найдется кусок мяса, – ответила она, и Джошуа услышал, что девушка пошла к двери. – Но я постараюсь сделать все возможное.

– Это все может сделать любой из нас, – сказал он вслух больше самому себе, чем ей. Девушка закрыла за собой дверь.

Когда Джошуа убедился, что остался один, он встал с уютной постели, мягкой и чистой, лучшей чем в большинстве гостиниц, где ему доводилось останавливаться, и быстро оделся.

Джошуа повязал шарф, выглядывая из окна комнаты на оживленную улицу, вновь сосредоточившись на деле, которое привело его в этот старинный горный городок. Джошуа был послан губернатором столь же отдаленной местности Дакота в городке Пиерре.

Такие путешествия, как это, частенько преподносили пару сюрпризов, которые, как это было в прошлом, приводили к получению премий от губернатора, который рад был поставить в свою конюшню еще одного лучшего скакуна в округе, если не в стране.

Приехав в город прошлым вечером, Джошуа услышал об одном таком потенциальном сокровище: обычно ходившие в столь маленьком городишке сплетни подтвердили несколько развязанных вином в ближайшей пивной языков, назвавших имя Шейка. Кажется, мнения по поводу жеребца разделялись на два противоположных лагеря, но единодушно сходились в неодобрительных отзывах об его жокее, Эллин Кэмерон, владелице пивной. Не желая оказаться предвзятым в своих оценках, Мэннерс покинул это заведение, не навлекая на себя враждебности и предпочитая найти успокоение в женщине, не имеющей твердого мнения по поводу предстоящей гонки.

Летти Осборн оказалась именно такой женщиной, управляющей весьма представительным борделем под маской пансиона. Она была таким же хорошим поваром, как и партнершей в постели, и его ночь завершилась великолепным завтраком. Когда Мэннерс вышел из ее дома, он был удовлетворен во всех отношениях и с интересом ожидал начала скачек.

Рэпид-Сити лихорадило в предвкушении крупнейшего события, которое ежегодно праздновал город. Это был типичный муниципальный город с населением около пятисот человек, но его численность увеличивалась вдвое с приближением скачек. Утопающая в грязи главная улица, по которой проходило большое число зрителей, была украшена протянувшимся с одной стороны улицы от здания коммерческого банка на другую сторону до здания почты плакатом, объявлявшем о том, что «Городская гонка с препятствиями состоится 1 апреля 1898 г.». Последняя цифра года неоднократно исправлялась на другую, и ткань на этом месте была потрепанной и изношенной. Граждане, облаченные в свои лучшие пасхальные убранства, толпились в конце улицы, они несли флаги, хлопушки и кричащих детей.

Наметанным глазом Мэннерс оценивал прибывших на стипль-чез людей, которые проходили мимо него, пока он стоял на переднем крыльце дома Летти. Там были скотники, молодые и старые, на крепких, надежных лошадях, не желавших разделять мнение своих хозяев по поводу скорости езды. Были также и молодые будущие денди на недавно объезженных жеребцах и меринах, чей пыл и возбудимость соответствовали извилистому треку гонок.

Мэннерс хотел бы знать, кто из них, если только они здесь присутствовали, были Эллин Кэмерон и Шейк.

– Ты вернешься к ужину? – с надеждой в голосе спросила появившаяся за его спиной Летти.

Он извлек солидные золотые часы из жилетного кармана, взглянул на них и, положив обратно, не оглядываясь, покачал головой.

– Нет, если, мое дело пойдет хорошо. Может быть, в следующий раз.

– Я буду здесь, – уверила она его заискивающим голосом.