Читаем Вирикониум полностью

Она изучала нотный лист, когда он вошел. Его манеры обманчивы — во всяком случае, ей так казалось. Чуть тянет носок, как профессиональный танцор… Длинные седые волосы стянуты стальным зажимом, в подражание обреченным капитанам воздушных лодок, что отправлялись в свои последние рейды над Великой Бурой пустошью в разгар войны. Плащ особого покроя из грубой ткани цвета сырого мяса — знак наемного убийцы, не скрывающего принадлежности к этому ремеслу, — разрисован по подолу потеками цвета засохшей крови… редкая безвкусица. Что он мог значить для нее, этот стареющий головорез, до мозга костей пропитанный язвительностью, которая теперь разъедала его самого? Он заполнил гостиную, как само убийство. Его было слишком много для всех этих маленьких и хрупких коралловых украшений, для собрания старинных инструментов — он разом вытеснил собой и то, и другое. Нельзя сказать, что она видела насквозь Низкий Город и разоренного отпрыска знатного рода. Вряд ли ей удалось разглядеть за внешними признаками человека. Да и было ли там на что смотреть? Если было, то вряд ли осталось.

И все же… Он не просто вошел в дверь, он словно ворвался сюда из прошлого. Его волосы развевал ветер Времени! На миг она увидела его, силуэтом проступившего на фоне тающего рассвета — высокого, тонкого, с телом, скованным беспомощной церемонностью, с полными страдания глазами и полуразбитой металлической птицей, висящей на поясе. Это был лишь миг, но в этот миг она приняла его озабоченность собственной персоной за чувство собственного достоинства; еще раз оплакала поэта по имени тегиус-Кромис… и спросила себя, почему этот утомленный жизнью убийца должен напоминать ей о пролесках, что цветут осенью у башни над морем.

Само собой, это прошло.

Эльстат Фальтор вошел следом за наемником. Перешагнув порог, они оглядели друг друга, как осторожные псы. Потом Хорнрак пожал плечами, слегка улыбнулся, и Рожденный заново, почувствовав отвращение, отвернулся.

Королева предложила им присесть. Фальтор отказался, взял книгу в кожаном оливковом переплете и сердито уставился в нее. В это время Хорнрак, чуть покачиваясь, стоял перед королевой. Ему не стоило смотреть на нее. Он пах смертью.

Некоторое время спустя в комнату пришли Целлар и Гробец. Целлар налил себе немного мингулэйского вина, со вздохом проговорил: «Эти лампы напоминают о днях, проведенных под землей» — и сел в темном углу. Карлик отвесил королеве замысловатый поклон, привалился к стене и подогнул одну ногу, чтобы потереть икру.

— Вы считаете, что я нанесла вашему Дому обиду, — начала она без предисловий. — Мы конфисковали ваше имущество. Наши войны отняли у вас семью…

Хорнрак одобрительно кивнул, но в его улыбке была горечь.

— Дом? — переспросил он. — Госпожа, у меня в роду одни фермеры.

Он ощупал скулу. Метвет Ниан заметила, что в этом месте его кожа совсем недавно была рассечена до кости.

— Все воздушные лодки в королевстве погибли, чтобы вы смогли удержать трон, — он смотрел поверх ее головы. — Это была моя свобода. Вот ее вы у меня и отняли.

Она ясно представила, как Королевская эскадра гибнет у него на глазах. Лодки падают в пустыню, как сухие листья, дымятся, от них отделяются странные огненные сгустки и безмолвные фигурки… Но все было не так. Он даже не видел битвы, ставшей для них последней — он просто стоял, шестнадцатилетний паренек, на склизкой равнодушной земле и смотрел, как они сворой борзых летят на север: лодки, друзья, капитаны — все. Ни один из них не вернулся. Впрочем, Гален Хорнрак и не ожидал, что они вернутся. Оставшуюся часть войны он занимался тем, что резал северян в переулках голодного захваченного города, упражняясь в ремесле, которого до сих пор не знал: он решил, что ничего иного ему не осталось.

— По утрам, — лихорадочно шептал он, — я все еще чувствую себя так, будто старая ссадина не заживает. Я просыпаюсь, смотрю в пустой воздух и удивляюсь: неужели трон и империя стоят этого — горящих мальчиков и кристаллических лодок. — Он ощерился и огляделся по сторонам.

— Я не хотел приходить сюда снова — боялся обнаружить, что это не так.

Его рука быстро скользнула под плащ.

— Не вздумайте что-нибудь выкинуть, Фальтор! Если понадобится, я вас прямо здесь прирежу!

Он вытер тыльной стороной ладони свою изодранную щеку. Снаружи, в коридоре, холодный сквозняк говорил о перемене ветра. Погода менялась. Эльстат Фальтор позволил своему баану скользнуть обратно в ножны. Карлик поднял голову, точно скворец. Старик следил за ними всеми из своего темного угла.

Хорнрак медленно расслабился.

— Госпожа, — произнес он, — возможность новой ссоры между нашими семьями нужно подавить в зародыше.

— Однако вы не избавились от заблуждений, скрываясь в Низком Городе, — терпеливо ответила Метвет.

Хорнрак пожал плечами.

— Вы можете вернуть мне небо? Нет? Тогда заплатите мне за услугу, которую я оказал вам прошлой ночью, и разрешите откланяться. Полагаю, девочка для вас что-то значит; я проливал за нее кровь. Я не прячусь в Низком Городе — просто мне не нужен Высокий.

* * *