Читаем Вилла в Лозанне полностью

Эссен задернул штору и посмотрел на своих агентов. Хильда (она же Сюззи и Магда) задумчиво ходила по комнате, скрестив руки под грудью, с дымящейся сигаретой в пальцах. Пауль глыбой застыл в кресле, потягивая из фужера вино и уставив глаза в пол. Адам вопросительно смотрел на хозяина: не будет ли каких распоряжений?

Сказав, что сам приготовит кофе, Эссен ушел на кухню. Кофе он варил всегда сам, считая, что никто лучше этого не сделает. Он знал особый рецепт: кофе получался ароматный, густой, чудесный на вкус. Колдовал Вернер над этим с наслаждением. Собственноручно разлив дымящийся кофе в чашечки из старого саксонского фарфора, попросил Хильду-Сюззи принести их на подносе в столовую. Это занятие отвлекло мысли, облегчило уставший мозг. Кроме того, Эссен намеренно оставил агентов одних, чтобы они свободно подумали, переговорили друг с другом. План действий уже сложился у него в голове.

Кофе пили молча. После бессонной ночи, плотного ужина с вином и духоты прокуренной столовой крепкий напиток бодрил.

Первым решился высказаться Пауль.

— Как хотите, шеф, дело ваше, но, будь я на вашем месте, я бы приказал этого красного ублюдка ликвидировать.

«Ну, от этого чего-нибудь иного трудно было ожидать, — мысленно усмехнулся резидент. — Неудивительно: закоренелый бандит, насилие у него в крови».

— Такой шаг может нам дорого обойтись, — холодно процедил Эссен. — Вы об этом подумали, Пауль?

— А если он пронюхает, чем мы тут занимаемся, и стукнет своим в Центр, что тогда?

— Именно поэтому я и собрал вас, чтобы вместе хорошенько подумать. А ликвидация связного — грубый прием. В нашей работе он чаще приносит больше вреда, чем пользы. Есть другие пути…

— Неправильно! — гаркнул Пауль. — Неправильно, шеф! Покойнички никому еще не приносили вреда, а вот живые…

— Не кричите, пожалуйста, Пауль. — Хозяин брезгливо поморщился. — Здесь не место…

Пауль осекся.

— Прошу прощения, шеф, — хмуро пробормотал он. — Я, кажется, немного перебрал… Дело ваше, я говорю, как лучше…

Хильда с одобрением поглядывала на Пауля и кончиком языка слизывала с верхней губы помаду. Эссен не переносил этой ее привычки: в ней было что-то плотоядное. Он демонстративно повернулся к Адаму.

— И вы такого же мнения? Не стесняйтесь, говорите.

Агент потупился, нерешительно шевельнул узкими плечиками, помешкал.

— Мне трудно давать совет… Я не знаю многих обстоятельств…

— Ну, что вы! Вам известно уже довольно много, чтобы составить собственное мнение. Как, по-вашему, Пауль прав? Говорите смелее!

Посмотрев внимательно в глаза шефа, Адам твердо сказал:

— Нет, полагаю, он неправ. Ликвидация агента врага — крайняя мера… Думаю, мое мнение ближе к вашему. Я бы выбрал осторожную тактику: наблюдение, прослушивание разговоров на вилле, выяснение дальнейших намерений связного и его Центра… Потом видно будет… — «Тихоня» вопросительно взглянул на резидента: так ли? Эссен с удовлетворением кивнул ему.

— Что ж, разумно, вполне разумно, Адам… Спасибо.

— Простите, шеф, но я не согласна с Адамом, — вмешалась Хильда. — Хотя его мнение, кажется, действительно совпадает с вашим, если мне будет позволено высказать свое отношение…

— Ради бога, Сюззи! Говорите. Это для меня важно. Я ведь еще не пришел к окончательному решению.

— Ну, тогда я сразу скажу, что разделяю точку зрения Пауля. Смею заверить, шеф, что я очень скрупулезно продумала ситуацию, потом я изложу свои доводы, а сейчас с полным убеждением утверждаю: Пауль абсолютно прав, у нас нет другого выбора, только ликвидация связного гарантирует нам дальнейший успех операции. Все другие, мягкие методы в отношении посланца русского Центра могут привести к катастрофе. И потом — смерть его может выглядеть случайной…

— Что вы имеете в виду? — недовольным тоном спросил Эссен, догадываясь, что предлагает Хильда.

— Ну, скажем, дорожное происшествие: он попадет под автомобиль. За рулем будет, конечно, не наш агент. Я подыщу человека, который за это возьмется.

— Ив полиции он расскажет, кто его соучастник, — саркастически дополнил Эссен.

— Не расскажет: мы хорошо заплатим.

— Я в этом не уверен. Кому охота садиться в тюрьму, даже за большие деньги? В последнюю минуту он может выдать.

— При желании его можно своевременно устранить.

Резидент пренебрежительно хмыкнул.

— Не слишком ли много происшествий? Нет, не годится. А главное, дорогая Сюззи, неужели вы думаете, что московский Центр так наивен, что поверит, будто это просто несчастный случай, а не злоумышленное убийство? Устранение их человека только усилит подозрения. Центр обязательно пришлет для проверки нового агента. Или, возможно, законсервирует на время группу Кинкеля, что для наших интересов еще хуже.

— Это верно, — поддакнул Адам.