Читаем Виктор Глухов полностью

Как только наши ауры соприкоснулись и она попыталась влезть мне в мозги, я ее отправил в пустыню на пустой слой сознания. А красный шарик, что болтался в моей ауре подтолкнул рукой. Он свободно пролетел мембрану и угнездился у паучихи.

Та сразу почувствовала беспокойство. Разорвала контакт и вдруг взбесилась. Она прыгала, сверкала словно новогодняя елка и в какой-то момент превратилась в огненный шар. Вспыхнула и рассыпалась пеплом.

— Я даже не знал, что так можно… пробормотал за моей спиной Авангур. — Хотя где я здесь возьму интурию.

Я удивился! Сильно удивился, тому что он видел все что проходило, но не подал вида. По пораженным взглядам остальных, я понял что они тоже в курсе.

— Пошли дальше. — Махнул я рукой.

У паутины перекрывающей проход долго не стояли. Я порвал ее в одном месте у стены и сделал проход.

Но вот у обрыва с разрушенным мостом мы остановились. А куда идти? Назад? Там мы уже были. Вперед? Так там обрыв.

— Нам нужно принести жертву. — произнес за моей спиной Торн. — Одного из соискателей нужно скормить бездне. Я обернулся. Все молча посмотрели на меня, потом на Рохлю с ведром. И тот спрятался за мою спину.

— Давай тебя, Торн, принесем в жертву. — предложил я. Я предложил это ради шутки, так как считал, что выход есть, но его нужно было найти.

Логика моя была проста и понятна человеку, у которого мозги "не набекрень". Создатель не монстр, получающий удовольствие от мук своих созданий. И если он дал этим ребятам пройти путь познания самих себя. А я именно так понял смысл прохождения этого пути. То обязательно должен был быть смысл и этому провалу. Еще я понял, что дойти сюда они могли лишь объединившись. Но каждый из них, я это тоже понял, чувствовал внутри себя природу бога и хотел быть тем единственным, кто им станет. Создатель или Творец понимал трудности, с которыми столкнуться его создания. Жажда безграничной власти манит к себе как магнит. Ни один из них не устоял пред таким соблазном… ну может быть кроме того старичка, который не пути боялся, а страшился, что не справиться с искушением и потому сидел привратником у входа.

Поэтому Тот Кто Все Это Создал раздал каждому соискателю по кусочку духовной власти, чтобы они не смогли разрушить, то что он создал. Пока я думал, два брата Велес и Бортоломей подхватили под руки и ноги Торна, и потащили к пропасти. Я еле успел крикнуть. — Стоять! Не шевелись! И все замерли. Кто с поднятой рукой, кто с поднятой ногой.

— Вы что, олухи царя небесного, совсем сдурели? Родного брата в пропасть скинуть захотели?

— Так, командор. Вы сами сказали, давай, Торн, мы тебя сбросим. — стал оправдываться Велес. Торн не жив ни мертв сидел у них на руках.

— Отпустите его! — приказал я и они не долго думая, бросили брата на крутом склоне. Тот с воплем покатился вниз и я вновь еле успел схватить его за ногу. Так и вытащил из пропасти висящего вниз головой и…обмоченного.

— Спасиб-б-бо. Кккк — омандор, — заикаясь поблагодарил Торн.

— Стойте и ждите. — отпустив Торна, приказал я и подозрительно поглядел на смиренно стоявших Велеса и Бортоломея. — Специально они брата так бросили или нет? — Но не найдя на их лицах ухмылок, решил не заострять на инциденте внимания.

Я стоял у останков моста и размышлял. — Что хотел творец? Соискатели знали, что если бросить в пропасть своего брата, то можно будет пройти. А что еще можно сделать?.. Они не знали… И я то же.

— Перепрыгнуть? Нет не получиться. Алеш упал в пропасть и очутился в зале с судьей. Может надо просто прыгнуть в пропасть и все? Набраться смелости и прыгнуть? Ничего другого мне в голову не приходило, а наше стояние у пропасти затягивалось.

— А что я теряю? — подумал я. — Здесь смерти нет. Это все знают. Я повернулся к своему маленькому отряду. Оглядел их как мне казалось жестким повелительным взглядом. И сказал. — Делай как я! — повернулся к пропасти, закрыл глаза и сделал шаг над бездной.

Планета Сивилла. Степь

Ганга хлопотавшая у костра, вздрогнула и зло сплюнула в огонь.

— Что? — спросил Гради-ил. Он только что принес охапку хвороста и бросил рядом с костром. Невеста милорда упрямо поджала губы. — Этот … она подбирала слова… Этот… наглый сквоч, мой мужчина, мой жених опять пропал. Я никогда не выйду замуж, потому что он от меня бегает. Вот скажи, Гради-ил, я разве некрасивая?

— Эльфар тяжело вздохнул. С орчанкой было непросто, она была необузданная как ураган и не умела подбирать слова. Ну как можно своего господина обзывать сквочем. А он такой терпеливый, все терпит и прощает. Орк бы давно снял с нее шкуру и натянул на барабан за непослушание. А она вон жива и еще смеет ругаться.

— Ганга, милорд не маленький мальчик, он знает, что делает и где ему надлежит быть. Ждем его и отдыхаем.

— Нет, Гради-ил, ты как хочешь, а я пойду туда, где намечается война. Я должна быть рядом с этим… немальчиком. — Зло и с необъяснимой горькой обидой в голосе проговорила она. — Ты со мной?