Читаем Видеть – значит верить полностью

Г. М. отложил клюшку, ушел на крыльцо и вернулся с двумя шезлонгами. После лаокооновой борьбы шезлонги, претерпев видоизменения еще более непостижимые, нежели те, что присущи подобного рода креслам, наконец-то заняли место на лужайке. В один из них Г. М. уселся сам, а на другой кивнул Мастерсу.

– Дело обстоит следующим образом, – продолжил инспектор, положив шляпу на траву. – Как ни прискорбно, эти люди твердят совершенно одно и то же. И вдобавок клянутся, что не выпускали друг друга из вида. Почему же… – Тут он умолк, вспомнив, что один из «этих людей» находится рядом.

– Но это истинная правда, – заверила его Энн.

– Да ладно вам, мисс! – Мастерс изогнул шею и спросил доверительным тоном: – Только между нами: почему вы так в этом уверены?

– Потому что мы вчетвером сидели совсем рядом – так же, как сидим сейчас, – а доктор Рич стоял посередине, вот так… – С этими словами Энн Браунинг взяла клюшку для гольфа и поставила ее вертикально, обозначив позицию Рича. – Торшер светил прямо на нас, а столик стоял по меньшей мере в двенадцати футах…

– Ровно в двенадцати футах, – заметил Мастерс. – Я измерял.

– …И все оставались на своих местах, – заключила Энн. – Единственным, кто приближался к столику, был сам Артур Фейн.

– Послушайте, Мастерс, – вклинился Г. М., откинувшись на спинку шезлонга так, что его омерзительная шляпа сползла на очки, – как вам предположение, что некто мог пробраться в комнату через дверь или окно?

Отвечать Мастерс не торопился.

– Ну же, сынок! Что скажете?

– Скажу, сэр, что это полностью исключено. И это подтверждают не только те, кто присутствовал в комнате, хотя их показания не вызывают вопросов. Касательно двери у меня имеется независимый свидетель.

– Свидетель? Кто?

– Дейзи Фентон. Служанка. – Мастерс достал записную книжку. – В общем, этой Дейзи стало до чертиков интересно узнать, что творится в гостиной. Она знала, что происходящее как-то связано с гипнозом, но подробности оставались ей неизвестны. Пожалуй, на ее месте любая девушка сгорала бы от любопытства. Поэтому с того момента, когда после ужина все перешли в гостиную, и до самого убийства Дейзи не покидала коридор.

– Ого! – заметил Г. М.

– Именно так, сэр, – мрачно кивнул Мастерс, – но дайте договорить. Итак, Дейзи слоняется по коридору. Чуть позже она видит, как из гостиной выходит миссис Фейн, когда ее просят побыть снаружи, как в игре на угадывание. Дейзи прячется в темной столовой и ждет. По ее словам, миссис Фейн подслушивала у двери, которую сперва закрыли не полностью, но чуть позже захлопнули накрепко. Несколькими минутами позже доктор Рич открыл дверь, пригласил миссис Фейн войти – в полном соответствии с тем, что мы уже слышали, – и Дейзи вернулась на пост в коридоре. Через некоторое время позвонили во входную дверь. Букмекер, по фамилии Макдональд, интересовался, нельзя ли увидеть мистера Хьюберта Фейна. Дейзи пробовала отделаться от него, но тот ни в какую не хотел уходить. Поэтому она отправилась в гостиную и позвала мистера Хьюберта.

Мастерс откашлялся. Предзакатное солнце жгло ему лоб. Хотя Кортни не видел вчерашней сцены, теперь она разворачивалась перед ним во всех подробностях.

– Мистер Хьюберт Фейн вышел на крыльцо, где они с букмекером затеяли какой-то спор. Какой? Неизвестно, поскольку Дейзи осталась, где была, в коридоре, прижав ухо к двери.

Г. М. размеренно сопел из-под шляпы так, будто на него сошла дрема, но вдруг открыл один глаз:

– Стоп, сынок! Неужто служанка не боялась, что старый Хьюберт разозлится, увидев, как она подслушивает?

– Нет, – помотал головой Мастерс. – По ее словам, мистер Хьюберт не стал бы ее отчитывать. Такое за ним не водится. Она говорит… – тут Мастерс без особого успеха сымитировал женский голос, – говорит, что он милейший старик и настоящий джентльмен.

– Угу. Давайте дальше.

– После разговора с букмекером мистер Хьюберт Фейн вернулся в коридор. Вошел в столовую, украдкой глотнул бренди – мне сказали, это вошло у него в привычку, – направился в гостиную и открыл дверь примерно через десять секунд после того, как мистера Артура Фейна ударили кинжалом в грудь. Другими словами, алиби у мистера Хьюберта не менее прочное, чем у всех остальных, кто находился в той комнате.

Мастерс звонко захлопнул блокнот.

– Но важнее всего показания Дейзи, понимаете? Она клянется – и, видит Бог, у меня нет причин сомневаться в ее словах, – что, пока она была в коридоре, никто не сумел бы пройти мимо, оставшись незамеченным. Вот он, наш свидетель. Так что дверь исключается.

– Да. Именно этого я и опасался.

– Так вы согласны со мной, сэр Генри? Согласны или нет?

– Ну ладно, сынок, согласен, – простонал Г. М. – Что насчет окон?