Читаем Весна полностью

Короче, надели защитку.

ДЭТА набились в каждую комнату с работающим теликом и смотрели этот старый черно-белый фильм. Я видел поверх их голов. Чувак из немого кино с усами, как у Гитлера, и в цилиндре сидел на обочине с грудничком, закутанным в одеяла, и смотрел такой, типа: Зачем я вообще держу этого спиногрыза? Потом он приподнял ногой крышку люка на дороге, будто собирался скинуть того в канализацию, но передумал – там стоял полицейский, и тогда я тоже заржал. Кругом этот смех – по всему крылу эхом отдавался их и наш смех. Тут были ДЭТА, которые никогда не смеялись ни раньше ни позже, ДЭТА, которые вообще никогда не говорили, те, что не говорили по-английски и всегда молчали, были и буйные. Ебанутый иранец, обычно сидевший в изоляторе, – даже он смеялся, все смеялись, они были как дети малые. Тот не кинул грудничка в люк, а отнес домой – в страшно вонючую убогую берлогу, где все было поломано, и въехал, как надо его кормить и содержать в чистоте, а потом из того вырос смышленый топотун, он ходил, бросал камни и разбивал окна, чтобы этот бедняга, который типа приходился ему отцом и был по профессии стекольщиком, мог пройти под разбитым окном всего через пару минут после того, как его разбили, с новым оконным стеклом на спине и домохозяйка заплатила ему за ремонт.

Ничего в этом такого не было, Британия: тупой сюжет про ребенка, мужика, оконное стекло, камень и полицейского. Но после него… я это место таким еще не видел. В конце люди плакали. После него люди бродили по крылу, как будто все мы были нормальными.

Конечно, все быстро вернулось к другой норме.

Но помню, как подумал: это слегка смахивает на Рождество в окопах, помнишь, в том клипе на рождественскую песню Пола Маккартни, где они играют друг с другом в футбол и делятся пайками курева и шоколадом?

Вот несколько вещей, о которых Бриттани Холл узнала в первые две недели работы ОСИЗО в британском ЦВСНИ: