Читаем Верховный Издеватель полностью

– Мам, пап, это же гло-обус! И что удобно: на нём ведь всё заранее отмечено: океаны, материки… зелёные – ну, это просто Зелёная планета!.. видимо, из-за тропических лесов. И все океаны вытянуты вдоль меридианов. (А прикольно, на самом деле было б так!) У планеты кора, под корой магма… даже красная, как будто раскалённая: всё как положено. А теперь… планету так разрезали из космоса (мы это сейчас делаем!), располовинили, сожрали… наступил конец света.

Но дальше принесённых в дом глобусов-арбузов – на настоящий шарик земной, – путешествия его пока не распространялись.

Правда, кое-что по дому он делает. Помню, когда ему было лет семь, я приучала его мыть полы.

– Ну, мам, ну, мыть же скучно, сама согласись, – резонно говорил Рома. В любом возрасте он умел теоретически обосновывать свои убеждения.

– Не так уж и скучно. Когда моешь, представляй, что играешь в стратегию, – посоветовала я. – Вот перед тобой на полу – гигантская вражеская армия: миллионы юнитов, страшные монстры. Если пылинки рассматривать в микроскоп – это, вообще, жуткие и очень многообразные монстры (мы с тобой обязательно посмотрим: завтра попрошу микроскоп у подруги). Ты такого бестиария, Ром, не встречал ещё ни в одной игре! Там всякие микробы со щупальцами, с ресничками, микроклещи, мельчайшие рачки… И вот всю эту армию надо уничтожить в кратчайший срок. Причём, подчистую – не оставлять за собой "хвосты", иначе, по условиям квеста, проиграешь! Давай уж, приступай – не провали миссию!

И… Ромка ни разу её не провалил.

Я как-то этот приём вспомнила и подумала: "Надо же нам его разбудить? чтоб увидел мир? А то… спящая красавица, тоже мне!"

Паша подсказал свозить его в какое-нибудь путешествие. Правда, здоровье для палаточного житья у него слабоватое, но… можно прокатиться на теплоходе – самый необременительный вид похода. Как в детской песенке: "С одной стороны, мы дома сидим – с другой стороны, мы едем!" Мир-то человеку показать надо… не только на экране.

И только мы это задумали, как звонит вдруг моя мама – зовёт любимого внука на лето в * на Волге. Ещё говорит: нам тут через совет пенсионеров предложили со скидкой путёвки на теплоход – вот хотим Ромушку взять, если вы его к нам привезёте.

Прямо чудо какое-то! телепатия? Круиз состоялся – только без нашего с Пашей участия: Ромка поехал с бабушкой и дедушкой по Верхней Волге: от их города до Москвы и обратно.

Впечатления от поездки превзошли все ожидания.

– Ну и как? – спрашиваю я, приехав за Ромкой.

– Супер, мам! Вообще всё обалденно!

– А что больше всего запомнилось?

– Ярославль! – не задумываясь ответил Рома. – Там церковь Ильи Пророка… там как бы музей… и там такие фрески… вот они бо-ольше всего понравились! Ва-бще-е! Это как книга фэнтези такая – вся иллюстрированная. Ты ведь знаешь, мам: я комиксы не уважаю – но это в тыщу раз лучше комиксов! Это даже не книга, а слайды… только не на мониторе, а на стенах, на потолке… вообще везде! Это рассказать невозможно – это только показать! Я те щас фотки покажу.

Я представила сына в поездке: 10-летний мальчонок с большим профессиональным фотоаппаратом смотрелся, наверно, забавно. Ну, такой уж он у нас – серьёзная, творческая личность. Ко всему, что его интересует, привык подходить основательно.

И он мне показал свои фотки: чуть ли не сто штук из одного храма! Знаменитые фрески Гурия Никитина и Силы Савина – 1680 года. Мне-то по репродукциям они известны… ещё с его лет, со времён художественной школы.

Вообще, когда я вижу древние фрески, кажется, всё встаёт на свои места: мир становится настоящим и светлым. Как будто ты вышел посреди ночи на балкон – и вдруг бабах! фейерверк: так всё сразу ярко и ясно. Уж если небо, то бездонно-синее, уж если крылья – огненные или золотые… если белые одежды – сияют, как вспышка. Всё полное, завершённое: полнее некуда! Вот тебе и "увидел мир"!

Этот-то мирок, в котором мы живём, кажется потом до того тусклым по сравнению с фресками… что кажется – он и есть ненастоящий. Как будто мир только притворяется, что живёт… а на фресках притворства нет.

– Я тебя понимаю! – сказала я, по нескольку раз просмотрев всё.

– Мам! Это ведь всё не просто так: я буду делать по ним настольную ролевую игру! – огорошил меня Рома.

И ведь – сделал. Несколько недель сочинял: аккуратно перерисовывал с собственных фотографий сначала общую карту, потом отдельные игровые карточки, и – сочинил.

Редко какая книга фэнтези обходится без карт: так уж повелось со времён Профессора. Ролевая игра – тем более. В игре Ромы картой служили эти фрески. Точнее, те их фрагменты, которые больше всего полюбились: он их перенёс на бумагу (не зря же по моим стопам пошёл в "художку"). Получилась полная, интерактивная карта мироздания. Разбитая на квадратики, как и сам настенный первообраз XVII века. Попадаешь в очередной – оказываешься в эпицентре соответствующих событий, а решение, что тебе в них делать, принимаешь сам.