Читаем Верховный Издеватель полностью

Не наложу на вас иного бремени;

только то, что имеете, держите,

пока приду.

Откр. 2, 24-25


– А может, всё-таки не поедешь? – нарочно пародийно отговаривал Ромка. – А то как бы чего в дороге… ну, по традиции.

– Не-не-не! ещё как поеду! – сказал Кирилл и поправился. – Поедем! С Настей. Надо ж всё-таки у Петра и Февронии благословиться на новую жизнь.

– Ну, Муром так Муром, новая жизнь так новая жизнь.

– Вот теперь в нашей многодетной семье ещё и дочка будет, – подмигнула Марина. – А там… Бог даст, наверное, уже и внуки.

– А когда у вас с Настей будут дети, мы с Сашей станем дядями, – сделал вывод Ромка. – Нас будут звать дядя Рома и дядя Саша.

– Ой, не неси-ка чепуху, дядя Рома! – не выдержал Кирилл.


Как-то давным-давно, до всей этой истории, Кирилл недоумённо спросил про Марину:

– Да пап, что ты вообще нашёл-то в ней? Ну, честно…

Отец усмехнулся. Он как будто ничего не ответил, но через полминуты пикнула кнопка телефона и Кирилл услышал знакомую музыку.

Если б ты знал эту женщину,

ты бы не стал пить с ворами…

ты не стал бы ходить по грязи

и разбрасываться волосами.

Правда всегда одна

Это сказал фараон…

"Точно… – вспомнил влюблённый Кирилл сейчас. – Правда всегда одна. Только фараон тут – совсем ни при чём!"


Божие добро отличается от нашего не как белое и чёрное, а как совершенная окружность от первой детской попытки нарисовать колесо. Выучившись чертить круг, человек знает, что именно это он и пытался сделать с самого начала(1).


И ещё мельком вспомнилась Вера. "Я боялся угодить в свою ловушку, но, к счастью, угодил – в Его…" Вот уж никогда не говорите, что знаете Божью волю! Есть наше нездоровое "знание" о Божьей воле, но Бог-то, в отличие от нас, здоров.


(1). Клайв Льюис




Приложение


Размещение упомянутых фресковых сюжетов церкви Илии Пророка в Ярославле


1. "Жатва" ("Смерть и воскрешение сына Сонамитянки") – I ярус росписей основного объёма, западная стена.

2. "Смерть и воскрешение сына Сарептской вдовы" – II ярус основного объёма, над предыдущим сюжетом.

3. "Вознесение Илии Пророка на колеснице огненной" – II ярус основного объёма, северная стена перед иконостасом.

4. "Потопление воинства фараонова" – внешняя стена западной галереи (откос окна)

5. "Корабль еретической лжецеркви" ("Змей-кормчий") – северо-западный угол галереи.

6. "Вавилонское столпотворение" – свод северной галереи.

7. "Всемирный потоп" – свод северной галереи.

8. "Побиение камнями Навуфея" – II ярус основного объёма, северная стена – цикл жития Илии Пророка.

9. "Побиение камнями архидиакона Стефана" – III ярус основного объёма, южная стена.

10. "Древо царей Всероссийских" – своды лестницы северного крыльца.

11. "Точило гнева", "Отворение кладезя бездны" ("Звезда Полынь"), "Саранча" и др. сюжеты Апокалипсиса – западная галерея и лестница западного (главного) крыльца.




(С) Андрей Рощектаев

2014-2016 гг.




2



Перейти на страницу:

Похожие книги

Текст
Текст

«Текст» – первый реалистический роман Дмитрия Глуховского, автора «Метро», «Будущего» и «Сумерек». Эта книга на стыке триллера, романа-нуар и драмы, история о столкновении поколений, о невозможной любви и бесполезном возмездии. Действие разворачивается в сегодняшней Москве и ее пригородах.Телефон стал для души резервным хранилищем. В нем самые яркие наши воспоминания: мы храним свой смех в фотографиях и минуты счастья – в видео. В почте – наставления от матери и деловая подноготная. В истории браузеров – всё, что нам интересно на самом деле. В чатах – признания в любви и прощания, снимки соблазнов и свидетельства грехов, слезы и обиды. Такое время.Картинки, видео, текст. Телефон – это и есть я. Тот, кто получит мой телефон, для остальных станет мной. Когда заметят, будет уже слишком поздно. Для всех.

Дмитрий Глуховский , Святослав Владимирович Логинов , Дмитрий Алексеевич Глуховский

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Социально-психологическая фантастика / Триллеры
Ход королевы
Ход королевы

Бет Хармон – тихая, угрюмая и, на первый взгляд, ничем не примечательная восьмилетняя девочка, которую отправляют в приют после гибели матери. Она лишена любви и эмоциональной поддержки. Ее круг общения – еще одна сирота и сторож, который учит Бет играть в шахматы, которые постепенно становятся для нее смыслом жизни. По мере взросления юный гений начинает злоупотреблять транквилизаторами и алкоголем, сбегая тем самым от реальности. Лишь во время игры в шахматы ее мысли проясняются, и она может возвращать себе контроль. Уже в шестнадцать лет Бет становится участником Открытого чемпионата США по шахматам. Но параллельно ее стремлению отточить свои навыки на профессиональном уровне, ставки возрастают, ее изоляция обретает пугающий масштаб, а желание сбежать от реальности становится соблазнительнее. И наступает момент, когда ей предстоит сразиться с лучшим игроком мира. Сможет ли она победить или станет жертвой своих пристрастий, как это уже случалось в прошлом?

Уолтер Стоун Тевис

Современная русская и зарубежная проза
Жизнь за жильё. Книга вторая
Жизнь за жильё. Книга вторая

Холодное лето 1994 года. Засекреченный сотрудник уголовного розыска внедряется в бокситогорскую преступную группировку. Лейтенант милиции решает захватить с помощью бандитов новые торговые точки в Питере, а затем кинуть братву под жернова правосудия и вместе с друзьями занять освободившееся место под солнцем.Возникает конфликт интересов, в который втягивается тамбовская группировка. Вскоре в городе появляется мощное охранное предприятие, которое станет известным, как «ментовская крыша»…События и имена придуманы автором, некоторые вещи приукрашены, некоторые преувеличены. Бокситогорск — прекрасный тихий городок Ленинградской области.И многое хорошее из воспоминаний детства и юности «лихих 90-х» поможет нам сегодня найти опору в свалившейся вдруг социальной депрессии экономического кризиса эпохи коронавируса…

Роман Тагиров

Современная русская и зарубежная проза
Книга Балтиморов
Книга Балтиморов

После «Правды о деле Гарри Квеберта», выдержавшей тираж в несколько миллионов и принесшей автору Гран-при Французской академии и Гонкуровскую премию лицеистов, новый роман тридцатилетнего швейцарца Жоэля Диккера сразу занял верхние строчки в рейтингах продаж. В «Книге Балтиморов» Диккер вновь выводит на сцену героя своего нашумевшего бестселлера — молодого писателя Маркуса Гольдмана. В этой семейной саге с почти детективным сюжетом Маркус расследует тайны близких ему людей. С детства его восхищала богатая и успешная ветвь семейства Гольдманов из Балтимора. Сам он принадлежал к более скромным Гольдманам из Монклера, но подростком каждый год проводил каникулы в доме своего дяди, знаменитого балтиморского адвоката, вместе с двумя кузенами и девушкой, в которую все три мальчика были без памяти влюблены. Будущее виделось им в розовом свете, однако завязка страшной драмы была заложена в их историю с самого начала.

Жоэль Диккер

Детективы / Триллер / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы