Читаем Верховный Издеватель полностью

Ему вдруг вспомнилось, что вчера рассказывали на экскурсии про Белозерск. Нынешний город с XIV века, оказывается, стоит километрах в 20-и от прежнего места, потому что тот, древнейший Белозерск весь, до последнего человека, вымер от чумы! Вот такая была эпидемия… точнее, пандемия! А если представить себе, что теперь уже не чума, а сумасшествие – тоже "пандемия", и тоже "все до последнего человека" заразились. Разве безумие не заразно?

Например, то, что описано в Апокалипсисе – это же тяжелейшая психическая болезнь всего мира. Точнее, самая финальная часть хронической прогрессирующей болезни. Апокалипсис – это образцово заполненная медкарта пациента с подробным и очень точным описанием симптомов.

Там всё – белая горячка, всё страшненько, всё "укройте нас холмы и горы!" Кто-то в болезни прячется под стол, но целому миру стола уже маловато. Нужны целые горы. Страх перед Богом переходит в восхищение Зверем. Характер восхищения тоже совершенно бредовый: "Кто подобен зверю сему!?"

Весь смысл в том, что люди уже настолько окончательно и бесповоротно перепутают Бога и дьявола, что именно Отца-то и будут панически страшиться – а у Зверя искать "защиты" от Него. Это последняя надежда всех больных людей: мировой суицид из-за страха.

И снова тихие слова Марины возвратили Кирилла в мир… не-сумасшедших.

– Я так люблю, всякий раз, как выпадет время, вести с Ромкой "вечерние философские диспуты"; это мы их в шутку так называем. Мне кажется, родители, которым "некогда" (а, честнее сказать, неинтересно) поговорить со своими детьми, рано или поздно их потеряют… или уже потеряли. Тот, с кем тебе не о чем поговорить – не сын тебе! К счастью, на теплоходе время не то что "выпадает" – его здесь сто-олько… вот как этой воды за бортом и неба над мачтами! Вечером мир, погорев, отдыхает от суеты – и готов ответить на очередную пару вопросиков, которые мы ему не спеша зададим. Он задумчиво поморгает так звёздочками вверху и бакенами внизу и что-нибудь нам опять о себе расскажет. А мы, чтоб его не смущать, опять притворимся, что беседуем не с ним, а только друг с другом. Так и нам, и ему будет легче. И кстати, если спросишь его, когда он там надумал кончаться, он только засмеётся и скажет: "Ну, это уж вы совсем с ума сошли!" Очень советую любителям такого вопроса выйти вечером на палубу теплохода… и послушать этот беззвучный радостный смех. Заодно и самим посмеяться над собственной чепухой. Говорят, счастье осознаёшь лишь задним числом: вот, мол, тогда-то оно, оказывается, у тебя было. Неправда! Иногда чувствуешь его вот прямо здесь и сейчас… и не узнать в лицо невозможно. У счастья всегда есть имя. Счастья без Имени никогда не бывает. Это всегда или человек, или Тот, Кто выше. И лицо, и имя мне давно знакомы – вот уже 12 лет.

– О, мам, бакен тебе влетел, как искра, в одно ухо – и из другого вылетел, – сказал Рома.

– Я бессмертная! – сказала Марина. А Кириллу вдруг вспомнилось: "Жив Бог и жива душа твоя, не оставлю тебя!"

Безбрежный вечерний мир летел навстречу теплоходу и нёс на своих крыльях необъяснимое счастье. "А впрочем, почему же необъяснимое!. – подумала Марина. – Я жива и это всё мне. И все сынишки мои живы и это всё – нам. Вам не доводилось пьянеть от общества собственных детей, когда вы вместе чем-нибудь развлекаетесь? Мир такой бесконечный, а тут мальчик такой маленький, живой – и вы вместе… Нет, словами это невозможно!"

– Мам, а ты сама-то веришь в конец света?

– Ну… с одной стороны, что имеет начало, имеет и конец! – ответила Марина словами "Матрицы". – А с другой: "И никому нет конца, даже тем, кто не с нами…"

– "…Наша песня с Тобой в облаках", – радостно продолжил Рома любимый текст ДДТ.

Звёзды в размывах облаков стали теперь настолько крупны, что отражения некоторых отчётливо гнулись на волнах. Упали прямо в воду! И начали расползаться-таять.

– Мам, а почему звезда, которая упала и отравила воду, называется – Полынь?

– Ну… горькая потому что!

– А разве звёзды могут быть горькими или сладкими?

– Это уж тебе лучше знать, сочинитель ролевой игры!

– Ну, эту-то ролевую игру, – показал Ромка на мир, округло разводя руками – …её не я придумал!

– Да уж не ты, не ты! не буду тебя зря наказывать!

А сама подумала:

"Да, вот ведь огромная ролевая игра, в которой весь смысл – добраться до Бога и стать во всём Ему подобным. Ему надо, чтоб мы все её прошли. Все! И любой ценой! Как только это произойдёт, наступит "Гейм овер", игра кончится – и начнётся реальная жизнь, которую никто из нас никогда не видел! Знаем только, что там хорошо и там всё настоящее. Стоит ли тогда бояться всех этих игровых звёзд, всадников, чаш гнева, ангельских труб… когда знаешь, что за ними – настоящее!"

– А я придумал, мам: звёзды будут и кислыми, и сладкими, и горькими, и солёными. Я сегодня вообще займусь небесной… не астрономией, а гастрономией и изобрету рецепт… главного зелья для всей финальной части игры!

– А разве на тех фресках есть такой сюжет?