Читаем Вера по учению святого апостола Павла полностью

тогда более правильную постановку и объективное течение. При этом литературное изучение дало бы независимый фундамент для построений и чрез объединение всех главнейших воззрений открывало возможность двинуться вперед самому или облегчить чрез это простор для других. Теперь же литературный багаж бывает для книги совершенно мертвым материалом и часто теряет свою ценность для пользования в субъективном освещении и применении.

Заслуживает нескольких замечаний и самая речь автора. Он любит сочинять свои словечки — избранность 219), савлинизм 220), одноэлементность 221), имплицитарность 222), модусность, модусированный, модусирование 223), конкретизация 224), абстрагированный 225), результатный, результатность 226), анализация 227), совестный 228), метаморфозироваться 229), мистерически 230), третьеяебесный восхищенник 231), огрешение 232), —но не всегда точно употребляет даже принятые термины и, напр., иудаистом ошибочно называет иудея 233). Изобилуют вычурные сочетания в роде—привлекательного диктаторства рассудка в жизни 234), неувядаемых семян 235), огненного существа 236), горящего чувства 237), орлиного могучего характера&nbnbsp238), исторической и психологической глубины человечества 239). Вся фразеология искусственная и напыщенная. Вот образцы: „в золото человеческой личности Савла привзошла благодать Божия“ 240); „действия благодати в человеческое совершенство Апостола вливают токи божественного воздействия и устроения человеческой личности

_____________________

219) Стр. 9, 13, 17, 19 и др.

220) Стр. 68.

221) Стр. 133, 139.

222) Стр. 185.

223) Стр. 186, 211, 212, 213.

224) Стр. 210, 243.

225) Стр. 220.

226) Стр. 225, 301.

227) Стр. 299.

228) Стр. 273.

229) Стр. 349, 351

230) Стр. 367.

231) Стр. 132, 254, 391.

232) Стр. 443.

233) Стр. 64.

234) Стр. 28.

235) Стр. 35.

236) Стр. 44.

237) Стр. 45.

238) Стр. 45.

239) Стр. 254.

240) Стр. 17.

713


во благо ее и входящих в общение с нею“ 241); „идеалы и возможные требования идеалов в сфере указанных факторов" 242); „народные чаяния... своею массовою многочисленностью и тяжеловесностью только утверждали непоколебимость, высоту и желанность осуществления идеалов" 243); „среди цветов и благоуханий роскоши она (эпикурейская философия) преподносила ему (Савлу) открытую чашу, наполненную яствами и питиями, с надписью: станем есть и пить; ибо завтра умрем“ (1 Кор. XV, 32) 244); „душа Савла не могла ответить с восторгом решенной загадки“ 245); „идеал... зажигал над головою человека венец бессмертия и богоподобия, венец величия и лучезарного отблеска Божественной славы“ 246); „заветы и кровь предков и всего народа еврейского оказали свое неотразимое влияние на весь духовный организм Савла“ 247); „Савл жил в области душевного человека“ 248); „в Апостоле Павле центр его личности не был только центром великой человеческой личности, но и центром облагодатственной личности, указанным свыше, и проведенным в жизнь всего мира при непосредственном воздействии Бога“ 249). „воспоминание о виденном им рае и пакости ангела сатаны постоянно возбуждали(о) Апостола к деятельной жизни в мире видений“ 250) или „в мире вышеестественном“ 251); св. Павлу усвояется „олицетворительное мышление“, что „он мыслит Христом, состояниями Христа, рассматривает все чрез призму личности Христа“ 252). Наряду с этим везде и явно господствует непостижимая наклонность к предпочтению иностранной терминологии, диковинные примеры которой нам уже встречались не раз. В общем, все изложение — неуклюжее, тяжелое, запутанное и затрудняющее понимание авторских мыслей, а в связи с нередкою неясностью последних все это является немалым препятствием к ознакомлению с предметом.

Было бы несправедливо умолчать и о достоинствах сочинения. Автор потрудился много, ревностно и с самопреданностию, — и здесь мы видим этический подвиг высокой субъективной ценности. Но это выходит из пределов на-

_____________________

241) Стр. 19.

242) Стр. 21.

243) Стр. 25.

244) Стр. 27.

245) Стр. 27.

246) Стр. 49.

247) Стр. 53.

248) Стр. 65.

249) Стр. 87.

250) Стр. 92.

251) Стр. 106.

252) Стр. 435.

714


шей рецензентской компетенции, и теперь мы призваны судить лишь о результате, а не о процессе. С другой стороны не менее бесспорна энергия авторской мысли, логически острой и изобретательной. Однако и эти несомненные преимущества в настоящем случае не помогают научному успеху, ибо тонкое логическое плетение, напоминающее паутину, больше граничит с схоластическою изощренностью и окутывает предмет искусственными узорами, скорее закрывая, чем обнаруживая его в подлинных очертаниях.

Перейти на страницу:

Похожие книги

История патристической философии
История патристической философии

Первая встреча философии и христианства представлена известной речью апостола Павла в Ареопаге перед лицом Афинян. В этом есть что–то символичное» с учетом как места» так и тем, затронутых в этой речи: Бог, Промысел о мире и, главное» телесное воскресение. И именно этот последний пункт был способен не допустить любой дальнейший обмен между двумя культурами. Но то» что актуально для первоначального христианства, в равной ли мере имеет силу и для последующих веков? А этим векам и посвящено настоящее исследование. Суть проблемы остается неизменной: до какого предела можно говорить об эллинизации раннего христианства» с одной стороны, и о сохранении особенностей религии» ведущей свое происхождение от иудаизма» с другой? «Дискуссия должна сосредоточиться не на факте эллинизации, а скорее на способе и на мере, сообразно с которыми она себя проявила».Итак, что же видели христианские философы в философии языческой? Об этом говорится в контексте постоянных споров между христианами и язычниками, в ходе которых христиане как защищают собственные подходы, так и ведут полемику с языческим обществом и языческой культурой. Исследование Клаудио Морескини стремится синтезировать шесть веков христианской мысли.

Клаудио Морескини

Православие / Христианство / Религия / Эзотерика
Русские на Афоне. Очерк жизни и деятельности игумена священноархимандриата Макария (Сушкина)
Русские на Афоне. Очерк жизни и деятельности игумена священноархимандриата Макария (Сушкина)

У каждого большого дела есть свои основатели, люди, которые кладут в фундамент первый камень. Вряд ли в православном мире есть человек, который не слышал бы о Русском Пантелеимоновом монастыре на Афоне. Отца Макария привел в него Божий Промысел. Во время тяжелой болезни, он был пострижен в схиму, но выздоровел и навсегда остался на Святой Горе. Духовник монастыря о. Иероним прозрел в нем будущего игумена русского монастыря после его восстановления. Так и произошло. Свое современное значение и устройство монастырь приобрел именно под управлением о. Макария. Это позволило ему на долгие годы избавиться от обычных афонских распрей: от борьбы партий, от национальной вражды. И Пантелеимонов монастырь стал одним из главных русских монастырей: выдающаяся издательская деятельность, многочисленная братия, прекрасные храмы – с одной стороны; непрекращающаяся молитва, известная всему миру благолепная служба – с другой. И, наконец, главный плод монашеской жизни – святые подвижники и угодники Божии, скончавшие свои дни и нашедшие последнее упокоение в костнице родной им по духу русской обители.

Алексей Афанасьевич Дмитриевский

Православие
Православие. Тома I и II
Православие. Тома I и II

Оба тома «Православия» митрополита Илариона (Алфеева). Книга подробно, обстоятельно и систематически расскажет о истории, каноническом устройстве, вероучении, храме и иконе, богослужении, церковной музыке Православия.Митрополит Иларион (Алфеев) в предисловии к «Православию» пишет: «Основная идея данного труда заключается в том, чтобы представить православное христианство как цельную богословскую, литургическую и мировоззренческую систему. В этой системе все элементы взаимосвязаны: богословие основано на литургическом опыте, из литургии и богословия вытекают основные характеристики церковного искусства, включая икону, пение, храмовую архитектуру. Богословие и богослужение влияют на аскетическую практику, на личное благочестие каждого отдельного христианина. Они влияют на формирование нравственного и социального учения Церкви, ее догматического учения и канонического устройства, ее богослужебного строя и социальной доктрины. Поэтому обращение к истории, к истокам будет одним из лейтмотивов настоящей книги».О предполагаемом читателе своей книги митрополит Иларион пишет: «Особенностью настоящего труда и его отличием от названных вводных книг является стремление к достаточно подробному и объемному представлению материала. Адресатом книги является читатель, уже ознакомившийся с «азами» Православия и желающий углубить свои знания, а главное — привести их в систему. Книгу характеризует неспешный ритм повествования, требующий терпеливого и вдумчивого чтения».

Митрополит Иларион , Иларион Алфеев

Православие / Разное / Без Жанра