Читаем Великий путь не труден. Синь Синь Минь полностью

Пойдите к своим так называемым святым – они не могут верить самим себе. Они боятся, ибо все, что они принудили – принуждено, это не естественно, и они знают, что если они расслабятся, тогда все пойдет неверно. Если красивая женщина придет к святому, вы сможете увидеть, что он стал напряженным, забеспокоился. Этого может не быть на поверхности, но если вы понаблюдаете глубже, вы почувствуете это, потому что он принужденный брахмачаръя, он принудил себя к безбрачию, а эта женщина – опасность. Он не может позволить этой женщине быть там долго, ибо тогда появится его собственное неверие в себя.

Человек, который не верит своей собственной жизненной энергии, не может верить никому. Он враг человека, отравитель, а отравители очень убедительны. Они должны быть такими, ибо им надо доказывать и защищать себя и им надо зависеть от собственного ума.

И эти отравители нанесли такой глубокий вред, такую рану всему человечеству, что невозможно представить себе, как человечество сможет из этого выйти. Они отравили все: «Это плохо, то плохо, это грех, то вина». И они создали вокруг вас такую кашу, что бы вы ни делали, вы все равно почувствуете вину. Если же вы ничего не делаете, вы почувствуете вину из-за вашей природы.

Если вы любите – вы пали; если вы не любите, то вы продолжаете ощущать глубокое стремление любить. Оно исходит от природы, в нем нет ничего плохого. Оно так же естественно, как голод и жажда, и так же прекрасно, как голод и жажда. Но ваши святые хотели бы, чтобы вы были пластиковыми людьми – без голода, без жажды, без любви – тогда вы совершенны.

Если весь ваш механизм сделан из пластика, тогда это будет просто, и ученые думают в этом направлении – сделать весь механизм из пластика. Тогда вам не нужна пища, не нужна любовь, не нужно ничего – вы становитесь машиной, роботом. Иногда, когда что-то не в порядке, вас можно послать в мастерскую, и каждый день вы можете ходить на заправочную станцию – в вас можно налить немного горючего и все будет в порядке. Тогда вы будете совершенны.

Но жизнь, как она есть – нежна; она не пластиковая, она очень нежна. У вас нет проводов, у вас – нервы, и баланс все время смещается. Ничто не определенно, и все продолжает растворяться, расплываться в иное. Вот почему вы живы.

Человек понимания не беспокоится, он не озабочен несовершенством. Он вообще не мыслит в терминах совершенства; он только проживает момент настолько цельно, насколько можно, так тотально, насколько возможно. И чем более тотально он живет, тем более он становится способен жить.

Приходит день. Он просто живет, не форсируя идеалы, не выдумывая концепций, не создавая правил и инструкций относительно своей жизни. Он просто живет, радуется и наслаждается.

Жить в этой вере –

это путь к не-двойственности,

ибо не-двойственность едина с верящим умом.

А глубоко внутри, если у вас верящий ум, не-двойственность будет перед вами. Глубоко внутри, если у вас есть сомнения, тогда будут теории, мышление, слова, философии, доктрины, и вы будете совершенно слепы к тому, что находится прямо перед вами. Вы не сможете видеть вблизи – вы сможете только думать о далеком. Внутри вера – снаружи реальность; внутри вера – снаружи Истина. Вера и Истина встречаются, и нет другой встречи... ибо не-двойственность едина с верящим умом.

Слова!

Путь лежит вне языка,

ведь в нем

нет вчера,

нет завтра,

нет сегодня.

Последнее: Сосан говорит, что язык возможен, если есть время; язык – это тот же образ, что и время. Вот почему язык имеет три времени: прошлое, настоящее и будущее – точно так же, как время: прошлое, настоящее и будущее. Язык есть время, он разделен на те же категории, что и время, а жизнь – вне его. Жизнь – это не прошлое. Где прошлое? Вы не можете нигде его найти.

Я слышал, что однажды в музей пришел человек. Он был очень богат, поэтому ему дали лучшего гида. Человек посмотрел на одну голову и спросил: «Кто это?»

Гид на самом деле не знал этого, поэтому он ответил: «Это голова Наполеона».

Затем человек спросил вновь, уже относительно маленькой головы. А гид так волновался из-за этого богача и так испугался, что сказал: «Это тоже голова Наполеона».

Тогда богач сказал: «Что ты имеешь в виду? Две головы?»

И тут гид оказался в затруднении, а какой-то ответ надо было дать, поэтому он сказал: «Да, это его голова в детстве, а то его голова в старости».

Если прошлое существует, тогда будет детская голова и будет много голов. Когда вы умрете, вы оставите миллионы голов – но ведь вы оставляете только одну голову, а не миллионы. Прошлое исчезает, прошлого нигде нет – только в памяти.

Где будущее? Будущее нигде – только в воображении. Прошлое – это то, чего сейчас уже нет, а будущее – это то, чего еще нет.

Вот почему мистики всегда говорят, что только настоящее есть. Но Сосан делает шаг вперед и говорит:

Нет вчера, нет завтра, нет сегодня.