Читаем Великая Мать. Том 2 полностью

Вам всем нужно новое понимание, потому что нынешнее ваше понимание я называю пониманием гусениц. В нём вы все специалисты, куда бы вас ни поместил человек, вы съедите все листья; на какое бы дерево вас ни посадили, вы делаете своё дело по всем правилам. И правильно, для того, чтобы человек жил, он должен постоянно есть. Но это старая жизнь, жизнь плоти. А после, как посмотришь, листьев нет. Но спрашиваю: «Что происходит с гусеницами после того, как они ели?». Есть люди и поумнее. Они им дают есть, и после, когда они станут коконами, берут их, ошпаривают кипятком, вытягивают из них нити и делают из ниток красивую шёлковую одежду, чтобы было что носить. Но при этом страдают и гусеницы, и деревья. Но эти люди говорят: «Пусть себе страдают гусеницы, мы сошьём себе шелковую одежду, чтобы было что надеть». Вы скажете: «Снаружи шёлк, а внутри крапива»[48]. Это односторонние рассуждения: внешнее красиво, но нужна и внутренняя жизнь. Внешнее имеет смысл только тогда, когда есть внутреннее содержание. Если у вас есть маленький домик, а внутри живёт некий философ, этот домик приобретает смысл. Может быть, это избушка, но если живёт в ней святой, избушка становится избушкой святого. Будь то и церковь, но если живут в ней разбойники, и церковь становится разбойничьей.

А сейчас и вы открыли одно заведение и хотите получать доход так, чтобы, когда пойдёте на небеса, вас встретили, как богачей. Не говорите: «Но мы всё время молимся Господу!». Я не упрекаю вас, но есть молитва, которая не заслуживает похвалы, есть молитва, которая не дает никакого результата. Иной говорит: «Двадцать лет молился Господу: «Господи, жена моя больна — и мне нужны деньги». Спрашиваю: «Что вы скажете, если ваш сын уехал за границу и всё просит и просит с матери?». Он похож на святого, который в течение двадцати лет по три раза в день молился Господу и всё говорил: «Я живу ради Господа, верю в Господа и только Господу молюсь». И это святой! Другой же не молился, а пахал на поле; и то, что получал с него, всё время приносил и складывал в Божественную житницу. И оба получают дипломы. Святой говорит: «Двадцать лет по три раза в день я молился». Сын пишет отцу. «Папа, я нуждаюсь в деньгах». И отец всё посылает по одному любовному письму — кладет тысячу, две, три, четыре, пять тысяч левов, посылает обувь. И если сын просит, то отец каждое утро что-то посылает. Спрашиваю: «Какой сын, любящий отца, может столько просить?».

Вы сейчас говорите, что много молитесь. Я вас хвалю, раз молитесь, но вы все просите Бога, чтобы Он вам что-то послал. И некоторые говорят: «Мне уже надоело молиться!». Говорю: «Действительно, так не следует молиться!». Сейчас нужно узнать, что делать, когда не молишься. Ты скажешь: «Но и тот, кто молится таким образом, тоже живёт». Говорю: «Он живёт, но не может быть счастливым». — «Почему?». Представь себе, что ты ходишь каждый день в течение двадцати лет к одному банкиру, и он тебя кредитует. Сегодня идёшь, завтра идёшь, все время он тебя кредитует по тысяче, две, три тысячи левов. Что у тебя будет в банке через двадцать лет? Долги. До сих пор вы всё время просили: «Преблагий Господи!». Молясь, вы всё время что-то просили. Сейчас уже нужно что-то внести, сейчас сам пойдёшь сеять на ниву. И после, как родит нива, всё отдашь людям, отдашь всю прибыль, а для себя удержишь только семя.