Читаем Ведьма в активном поиске полностью

Профессор помахал рукой, забыв о зажатом в ней букете, второй рукой подхватил подол мантии и торопливо засеменил по дорожке к зданию гостиницы для животных.

— Чего это он? — недоуменно протянула Гунилла.

— А вот мы сейчас и узнаем, — нахмурился почему-то Гор.

И медленно, стараясь ступать потише, двинулся следом. Впрочем, старичок-профессор и не думал оглядываться.

Гунилла переглянулась с Афанасием.

— По крайней мере, мы не можем заключить, что он спятил, — рассудительно объявил сурок. — Для этого надо было с самого начала быть нормальным. Так что все, кажется, в порядке вещей!

— М-да, — мрачно буркнула девушка. — И вы еще уверяете, что я такая же!

Тяжко вздохнув и закатив глаза, она спокойным шагом двинулась следом за Гором. Все-таки надо присмотреть за этим чокнутым!

Профессор тем временем скрылся в здании гостиницы. Парень, выждав несколько секунд, резко распахнул дверь с криком:

— Ага!

И уставился в пустоту коридора.

— Это черный ход, — пояснила Гунилла из-за его спины. — Парадный с другой стороны, с фасада.

— Ясно, — мрачно ответил Гор и решительно двинулся вперед.

Девушка, пожав плечами, вошла следом в сопровождении своего сурка.

Минутой позже Гор замер в дверном проеме, ведущем в фойе гостиницы. Отсюда хорошо было видно стойку портье — за ней, как всегда, сидела на высоком стуле с вязанием в руках несравненная Ангелина Рудольфовна, незаменимый, по словам Нары, сотрудник. А перед стойкой топтался со своим букетом-веником профессор Мизерано Кирреску, что-то бормоча и краснея.

И Ангелина Рудольфовна смотрела на него с благосклонной улыбкой.

* * *

Надо сказать, выглядела эта парочка донельзя забавно: высокая и статная, несмотря на годы, Ангелина Рудольфовна, и маленький, сухощавый профессор в своей неизменной мантии совершенно не сочетались друг с другом.

Однако Гору, похоже, забавно не было.

— Ага! — снова обличительно завопил он, так что профессор и портье, вздрогнув, резко оглянулись, а парень еще и ткнул пальцем в их сторону. — Я так и знал!

— Я так и знала! — тяжко вздохнула Ангелина Рудольфовна, откладывая свое вязание. — ну вот что тебе неймется, скажи мне, горе мое?

— Я же должен был узнать, кто тебе там цветочки таскает, что ты их потом по всему замку расставляешь! И вообще… что ты тут делаешь, я не могу понять⁈

— Работаю! — отрезала портье. — И, между прочим, инкогнито! Нравится мне здесь, ясно! Работа интересная. Люди вот… хорошие. Могу я хоть на старости лет на работе отдохнуть? Инкогнито!

Гунилла и Афанасий ошарашенно переглянулись.

Управляющая острова Нара очень долго искала портье в гостиницу для животных. Это должен был быть человек исключительных и редких качеств — любящий животных, абсолютно бесстрашный, не боящийся ни хищников, ни вампиров, способный ладить с кем угодно и при этом согласный на самую скромную должность.

Ангелина Рудольфовна нашлась сама. В один прекрасный день она явилась, встала за стойку портье и бескомпромиссно объявила, что отныне тут работает. И мгновенно навела порядок в шумной очереди, столпившейся в фойе в тот день.

Оказалась она до того идеальным сотрудником, что никому и в голову не приходило допытываться, кто она такая и откуда взялась. Нара готова была носить ее на руках и не могла нарадоваться. Никто не удивлялся тому, что на теплый тропический Лирку, где холодов не бывало, портье неизменно приходила порталом, одетая в меховое манто. И то, что целыми днями за своей стойкой она вязала зимние свитера и шарфы.

— Я тоже инкогнито! А тебя вообще-то Лиам с женой не смущают?

— Лиам с женой — тактичные молодые люди!

— А ты не уходи от темы! Ты что нам, нового дедушку собралась привести?

— Не смей так разговаривать с бабулей! И поуважительнее к профессору Кирреску!

— Не уходи от ответа, бабуль!

— Какого тебе еще ответа! — рассердилась окончательно Ангелина Рудольфовна. А потом вдруг смутилась. — Наши отношения еще…

— А я готов! — оживился вдруг профессор. — Многоуважаемая и прекрасная Ангелина Рудольфовна! Линочка!

Тут он посмотрел на пол, не без труда наклонился, потом попытался присесть, однако тут же смущенно выпрямился.

— Линочка, вы ведь не возражаете, если я не стану вставать на колено?

— Конечно, Мезичка, — проворковала та, и Гунилла с Гором разом вытаращили глаза.

— Кто⁈ — слабым голосом переспросил парень, однако на него никто не стал обращать внимания.

— Линочка! — на мгновение профессор замолчал, а потом решительно объявил, — нет, я должен!

Опираясь на стойку, он кое-как с кряхтением согнулся, а потом все-таки опустился на одно колено.

Ангелине Рудольфовне пришлось перегнуться через стойку, чтобы видеть своего кавалера.

— Линочка! Вы выйдете за меня замуж?

— Ну, я не знаю… — дама чуть смущенно потупилась. — Мне надо подумать…

— Только не очень долго, — честно предупредил Кирреску. — А то, знаете, у меня там в колене какие-то хрусты.

— О небо! — всполошилась портье. — Так поднимайтесь же! Я согласна!

Профессор Мизерано Кирреску счастливо вздохнул, а потом шевельнулся и поднял глаза на Гора.

— Молодой человек, — застенчиво обратился он. — Вы не могли бы меня поднять?