Читаем Вечное Пламя полностью

Смены наблюдателей были синхронизированы с активностью древесников, и он появился как раз вовремя, чтобы увидеть пробуждение всех четырех особей. Самки, прижатые к тяжелым постаментам, уже давно прекратили энергичные попытки вырваться на свободу, однако их осанка и движения полностью менялись, когда они возвращались в сознание – нестройные подергивания и взмахи конечностями во сне уступали место на вид до жути дисциплинированным сериям растяжений мышц и перегруппировок собственной плоти. Находясь в отдельных клетках, Бенигна и Зосима выполняли практически идентичный набор упражнений; это указывало на то, что подобная реакция была инстинктивным ответом на недостаток движения – вероятно, в качестве метода поддержания здоровья при восстановлении после травмы. Но, вполне возможно, здесь присутствовала и определенная доля мимикрии; со своих постаментов они могли отчетливо видеть друг друга. Мимикрия? Поощрение? Солидарность? Зосима с неослабевающим энтузиазмом несла на себе обмякшее тело Бенигны, пока ее преследовал Карло. Тяжело было не воспринимать их как товарищей по заключению, которые осознавали, в какую беду попала каждая из них, и старались поддерживать друг друга морально.

Что же касается самцов, то они тоже подолгу не сидели без дела: каждые несколько махов либо Зосимо, либо Бенигно неожиданно перепрыгивал с одной ветки на другую. Несмотря на то, что сейчас в клетках не было ящериц, Карло эти движения напомнили поведение древесников во время преследования добычи. Он не мог с уверенностью сказать, то ли они не сумели освоить незнакомые правила, от которых зависело присутствие ящериц, и стали прыгать на тени в надежде, что они могут оказаться пищей, то ли, как и самки, просто хотели поддерживать себя в активном состоянии.

В свете отчета Макарии Карло уделил Зосимо особое внимание. Этот самец был определенно возбужден больше обычного, неугомонно раскачиваясь на каждой из ветвей, прежде чем перемахнуть на следующую. Ширина клетки составляла всего пару долговязей, поэтому Зосимо приходилось возвращаться на старые места; но его движения вовсе не были похожи на короткий, повторяющийся цикл – он колесил по миниатюрному лесу, следуя продуманной серии перестановок между отправными и конечными точками, будто пытаясь выжать из своего обедненного окружения максимум новизны.

Когда подошло время кормления, Карло достал из кладовой двух ящериц; сначала они извивались в знак протеста, но затем обмякли у него в руках, как если бы могли спастись, притворившись мертвыми. Древесники уже, скорее всего, усвоили распорядок дня, но когда Карло приблизился к ним, не стали околачиваться рядом, выпрашивая у него еду. Когда Карло бросил ящерицу сквозь прутья его клетки, Бенигно отчужденно забрался на отдаленную ветку. Зосимо вел себя с нескрываемым презрением и угрожающе ощерялся на Карло, но тоже держался на расстоянии.

Карло вернулся на свой наблюдательный пост. К этому моменту он слишком часто был свидетелем подобной охоты, чтобы зачарованно наблюдать за ней от начала до конца, однако полностью их игнорировать он тоже не мог. Хотя клетки были небольшими, на каждой ветке имелось по дюжине укрытий, а ящерицы всегда исчезали из виду задолго до того, как древесники проявляли к ним хоть какой-то интерес. Сегодняшняя погоня поначалу казалась неспешной, практически лишенной всякого энтузиазма: несколько раз Зосимо целенаправленно перескакивал с ветки на ветку, затем как будто терял интерес, в то время как прыжки Бенигно, скорее игривые, чем скрытые, поднимали в воздух облака светящихся лепестков.

Мысли Карло где-то витали, но от него не ускользнул тот факт, что двое древесников постепенно сужали поиск: перепрыгивая на новую ветку, быстро оглядываясь по сторонам, а затем изображая безразличие и делая вид, что им интереснее давить зудней. Только спустя почти курант, события быстро стали набирать обороты; Карло услышал напуганные коготки ящерицы, убегавшей по одной из веток, прежде чем Зосимо схватил ее вытянутой рукой. Но ящерица, по-видимому, перепрыгнула на другую ветку, потому что рука оказалась пустой; после этого Зосимо прыгнул следом за ней, и мгновение спустя он уже держал ящерицу во рту, перекусывая ее пополам.

Зосимо сжевал половину ящерицы, тихо щебеча от удовольствия. В задней части клетки Бенигно началось какое-то волнение, но Карло не мог видеть, что именно там происходит, и поэтому продолжал внимательно следить за Зосимо. Проглотив свою часть пищи, он перемахнул на ближайшую ветку рядом со своей ко. Он передал Зосиме остатки ящерицы; когда она поднесла ее ко рту, он протянул руку и провел рукой по ее лицу.