Читаем Вечно полностью

– Такое бывает только лишь в научной фантастике. Чипов, отслеживающих передвижения человека, не существует.

Чушь. То, что министерство здравоохранения и социальных служб не одобрило их использование, совсем не означало, что их не существовало.

– А гипотетически? Если бы человеку был имплантирован под кожу чип, он смог бы как-нибудь избежать того, чтобы его обнаружили?

– Можно было бы оставаться в комнате без окон или научиться дышать под водой. Но, как только такой человек вышел бы на открытый воздух, его, скорее всего, сразу же обнаружил бы спутник.

– То есть спрятаться можно только лишь либо став узником, либо утонув?

– Полагаю, да. Но знать наверняка это невозможно, поскольку все это существует лишь в теории. В подобной ситуации существует множество неизвестных нюансов вроде того, куда именно был имплантирован чип и как он передает информацию.

– Спасибо.

– На здоровье, – Кармин развернулся для того, чтобы покинуть класс, но мистер Лэндон снова позвал его по имени. – Вы в последнее время делаете успехи. А Ваша любознательность дарит мне надежду на грядущий прогресс, поэтому продолжайте в том же духе.

Кармин улыбнулся, выйдя из класса. Несмотря на то, что учитель испытывал чувство гордости за него, он бы получил от отца, если бы тот узнал, что Кармин интересовался подобными вопросами.

Оказавшись в школьном коридоре, Кармин уже не в первый раз заметил сквозь окно библиотеки своего брата. Он наблюдал за ним, пока звонок возвещал о начале следующего урока и свидетельствовал о том, что теперь Кармин точно опоздал на урок английского миссис Чавис.

Немного помедлив, он направился в библиотеку. Едва взглянув на брата, Доминик вновь сосредоточил свое внимание на компьютере, что-то быстро набирая на клавиатуре.

– Снова взламываешь школьные серверы? – спросил Кармин, облокачиваясь на стол рядом с ним.

– Ты и без меня в курсе, бро, но я не стану исправлять твои оценки.

– Мне и не нужно, чтобы ты их исправлял, – ответил Кармин. – Но ты все равно можешь для меня кое-что сделать. Как думаешь, ты смог бы заблокировать GPS-сигнал?

Прекратив терзать клавиатуру, Доминик развернулся к брату.

– В смысле?

– Хейвен имплантировали под кожу GPS-чип. Ты можешь его заблокировать?

Доминик недоверчиво посмотрел на Кармина.

– Да не может быть.

– Может, но я не знаю, как именно этот чип отслеживается. Полагаю, через какую-нибудь программу или что-то вроде того.

– Как такое вообще возможно?

– Я не знаю. Это ты у нас компьютерный гений. Ты мне и скажи.

Доминик немного помолчал, погрузившись в размышления.

– Как называется компания в Чикаго, в которой они якобы работают? Полагаю, ей управляет Сальваторе.

Кармин пожал плечами.

– Galaxy-чего-то-там…

– Да, точно. «Galaxy Corp.». Разве они не GPS-устройствами занимаются?

– Эм, может быть. Я не вникаю в это дерьмо, Дом.

Доминик кивнул, разворачиваясь к компьютеру.

– Я попробую что-нибудь придумать. Если папа отслеживает чип через свой ноутбук, то я могу попытаться изменить программу для того, чтобы сбить его со следа, но я не знаю, смогу ли заблокировать сигнал навсегда.

– Что-то лучше, чем ничего.

Кармин направился к выходу из библиотеки, когда его остановил голос брата.

– Ты не ведь планируешь сбежать?

– Нет, просто продумываю запасной план на тот случай, если когда-нибудь он нам понадобится. Папа сказал, что он не может гарантировать нам с Хейвен будущее, но будь я проклят, если я позволю хоть чему-нибудь нам помешать.

* * *

Винсент сбавил скорость, поравнявшись с высоким кирпичным домом, и резко повернул направо, заезжая на подъездную дорожку. Он припарковался рядом с кабриолетом ярко-красного цвета и, выйдя из машины, включил сигнализацию.

Район был достаточно тихим, в этой части города преступления были явлением редким. Он не беспокоился насчет местных обывателей, поскольку нужно было быть непроходимым глупцом для того, чтобы вообще ступить на территорию чужой собственности. Все в округе были прекрасно осведомлены о том, что улицы в течение многих десятилетий контролировались членами la famiglia. Знали они и о том, что кирпичный дом, перед которым находился в данное мгновение Винсент, и живущая в нем женщина были неприкосновенны. Они знали об авторитете Винсента и о той власти, которой он располагал, и уважали его за это. Несмотря на это, большинство не питало к нему теплых чувств, но, откровенно говоря, Винсента и не волновали их личные чувства.

В тот момент, когда Винсент появлялся на улицах города, его эмоции переставали существовать. Он забывал о том, что такое жалость, сочувствие, сострадание и раскаяние. Он не мог позволить себе таких чувств. Как бы это ни было прискорбно, но это был единственный способ, благодаря которому он мог выжить. И, чем больше времени он проводил в Чикаго, тем черствее он становился. Он был равнодушен и одинок. Очень часто ему с трудом удавалось вспомнить, зачем он вообще продолжает всем этим заниматься.