Опять же, легко рассуждать, что все либо белое, либо черное. Что либо психотерапевт Биргитта Столе, полицейский Сеппо Пенттинен, прокурор Кристер ван дер Кваст, адвокат Клаэс Боргстрём и несколько журналистов, например, Губб Ян Стигссон из «Дала-Деморкатен», глубоко заблуждаются или даже состоят в сговоре. Или, наоборот, заблуждаются Лейф Г. В. Перссон, Ян Гийу, психиатр Ульф Осгорд, адвокат Пелле Свенссон, полицейский Ян Ульссон и журналист Ханнес Ростам. Но на самом деле необязательно должно быть «или — или». Возможно, все они проделали большую и важную работу и пришли к разумным, хотя и противоположным выводам.

Резюме Йорана Ламберца очень характерное: «Если Томас Квик был осужден невинно, то это, наверное, огромный правовой скандал? Да, все комментаторы, похоже, единодушны в этом мнении. И эта оценка может оказаться правильной — мы подождем окончательного ответа, который, возможно, скоро последует. Однако следует подчеркнуть, что ситуация, когда правовой аппарат осуждает невиновного, который признается и хочет быть осужденным, выглядит менее серьезной, чем когда осуждают невиновного, который постоянно отрицает свою вину».

Вне всяких сомнений, интересная мысль из уст первого юриста страны.

Позиция председателя адвокатского сообщества Анны Рамберг была столь же шаткой, когда она пыталась сформулировать ее в передовице газеты «Адвокат», где написала, что Томас Квик вполне может оказаться «осужденным правильно, хотя и невинно».

16 января 2009 года генеральный прокурор объявил, что не намерен начинать следствие о действиях ответственных лиц в деле Квика.

В своем решении он указал, что большинство из предполагаемых должностных нарушений были совершены более десяти лет назад и срок давности по ним уже вышел. Однако даже если они были совершены позже и могли быть актуальны для расследования, то все равно осуществились до проверки канцлером юстиции в 2006 году. И: «Канцлер юстиции счел тогда, после подробной проработки документации, что расследование не следует инициировать», поскольку никаких «серьезных ошибок со стороны прокурора и следствия допущено не было».

Поскольку канцлер юстиции — главный юрист страны, генеральный прокурор счел, что у него нет оснований действовать вопреки его решению. На этом вопрос был снят.

Однако те два человека, которые заявили в полицию, хотели, чтобы прокуратура определилась, нет ли у нее оснований самой инициировать пересмотр судебных решений по делу Квика. По этому пункту Перклев согласился с ними, и дело было передано в Национальный отдел по полицейским делам в Мальмё, где старший прокурор Бьерн Эрикссон назначил группу, состоящую из него самого и еще трех прокуроров, а также следователя, которому предстояло проверить все материалы следствия по делу Квика.

Тринадцать папок

20 апреля 2009 года Томас Ульссон и его коллега Мартин Кульберг подали ходатайство Стюре Бергваля о пересмотре решения суда по делу об убийстве Йенона Леви. В документе объемом 73 страницы, состоящем из 274 пунктов, перечислялись все странности в ходе следствия: игнорирование заключения Государственной криминалистической лаборатории и прочих фактов, говорящих в пользу альтернативного подозреваемого Бена Али; полностью проваленная первая реконструкция; откровенная ложь о сообщнике Патрике; то обстоятельство, что Квик неправильно называл и потом менял практически все сведения в течение четырнадцати допросов по пути к рассказу, который был представлен суду, и так далее.

Поскольку группа Бьерна Эрикссона уже была назначена для проверки следствия по делу Квика, на их долю и выпало составить мнение по поводу первого ходатайства Стюре Бергваля о пересмотре решения суда.

Отменить решение суда, вступившее в законную силу, в принципе невозможно. Этот принцип является одним из краеугольных камней всей шведской правовой системы и имеет специальное название — «принцип незыблемости».

В течение всего ХХ века был разрешен пересмотр четырех решений суда по делам об убийствах — с частотой раз в двадцать пять лет. В XXI веке ни один случай на тот момент не имел место. И теперь Стюре Бергваль надеялся, что ему разрешат пересмотр и признают невиновным в восьми убийствах. Шансы были невелики, однако я ни на минуту не сомневался, что это должно произойти. Ибо чем больше я рылся в деле, тем больше подтверждалось то, что Стюре Бергваль невиновен.

Зато очень скоро выяснилось, что процесс затянется. В Швеции нет независимой инстанции по пересмотру судебных решений — это означает, что прокуроры, которые должны рассматривать ходатайство о пересмотре дела, вынуждены выполнять эту задачу помимо своей текущей работы. В правовой системе, где судебные заседания переносятся на месяцы и годы по причине недостатка сотрудников, само по себе очевидно, что рассмотрение ходатайства о пересмотре решения суда десятилетней давности не является первейшим приоритетом.