Читаем Вампиры пустыни полностью

Некогда жил-был один старый халиф, человек, наделенный редкими талантами и удачей. Страной он правил маленькой, но богатой, ибо Аллах щедро осыпал ее своими дарами. Да и наследником он наградил халифа таким, что лучше не бывает: послушный, но храбрый и любимый народом почти так же самозабвенно, как его отец. При этом у халифа было много других прекрасных сыновей, две сотни прелестных жен и воинство на зависть соседям. В сокровищнице под крышу громоздились золото, драгоценные каменья и куски благовонного сандала, перемежавшиеся изделиями из слоновой кости и рулонами драгоценных тканей. Дворец стоял у источника с ароматной, чистой водой, и все говорили, что это, наверное, не иначе как сама вода жизни, до того удачлив и любим был наш халиф. Его печалило только одно: с возрастом он потерял зрение, но хоть слепота его и угнетала, он считал ее невысокой платой за милости Аллаха.

Как-то раз халиф прогуливался по саду, наслаждаясь изысканным благоуханием цветущих апельсиновых деревьев. Его наследник также в то время находился в саду, беседуя со своей матерью, первой, а значит, самой главной женой халифа. О присутствии халифа они не догадывались.

— Он ужасно старый, — жаловалась жена. — Мне противно даже прикасаться к нему. Для меня это просто мука.

— Ты права, мама.

Халиф же спрятался за деревьями и потрясенно слушал.

— Мне тошно смотреть, как он днями сидит и пускает слюни в чашу либо слепо шатается по дворцу, — продолжал наследник. — Но что нам делать?

— Я об этом долго и много думала, — отвечала жена халифа. — Долг перед собой и нашими близкими велит его убить.

— Убить? — ужаснулся сын. — Мне это нелегко, но, кажется, ты права. Я все еще его в какой-то мере люблю, но… возможно, мы хотя бы сумеем покончить с ним быстро, чтобы он не почувствовал боли?

— Отлично. Только не тяни… сегодня вечером. А то я сама умру, если снова почувствую его зловонное дыхание.

— Значит, сегодня вечером, — согласился наследник, и они ушли, оставив слепого халифа в саду, за апельсиновым деревом. Тот дрожал от ярости и ужаса, но не видел, что на садовой дорожке сидит предмет их разговора — старая ручная собачонка жены, болезненное создание весьма преклонного возраста.

Итак, халиф отправился к своему визирю, единственному, кому еще мог доверять в мире внезапно ставших коварными сыновей и жен, и велел ему взять обоих под стражу и обезглавить. Визирь потрясенно осведомился о причине, но халиф лишь сказал, что они намеревались его убить и взять власть в свои руки, и тому есть неопровержимые доказательства. «Ступай, выполняй приказ», — велел он визирю.

Визирь поступил, как сказано. Сына халифа и его мать тут же тихо схватили, а затем, после пыток, во время которых оба так и не назвали имена своих сообщников, передали палачу.

Затем визирь удрученно пришел к халифу и доложил, что выполнил приказ. Старик был доволен, но вскоре поползли неизбежные слухи, и братья казненного наследника начали шептаться между собой об отцовском поступке. Многие считали, что халиф лишился разума, ибо все знали, как была преданна ему убиенная пара.

Молва об этом разладе дошла до самого халифа, и он убоялся, как бы и другие сыновья не начали подражать брату-изменнику. Призвав визиря, халиф потребовал взять под стражу остальных сыновей и обезглавить. Визирь попытался переубедить халифа, рискуя собственной жизнью, но тот был непреклонен. Наконец визирь ушел. Через неделю он вернулся, опустошенный и постаревший.

— Все исполнено, о, Владыка, — сообщил визирь. — Всех ваших сыновей казнили.

Халиф недолго радовался безопасности. Вскоре его ушей достигли слухи о ропоте жен, неимоверно разгневанных убийством своих детей.

— Уничтожь и их! — настаивал слепой халиф.

Визирь снова ушел и вскоре вернулся.

— Все исполнено, о, Владыка, — доложил он. — Ваши жены обезглавлены.

Вскоре и придворные закричали «убийца!», так что халиф отправил визиря разобраться и с ними.

— Все исполнено, о, Владыка, — заверил тот халифа.

Однако теперь халиф боялся разгневанных горожан, поэтому велел визирю взять армию и всех истребить. Визирь тщетно попытался его образумить, а потом пошел выполнять приказ.

— Все исполнено, о, Владыка, — спустя месяц доложил визирь.

Однако халиф понял, что теперь, когда его наследников и жен не стало, и главные придворные сановники мертвы, угрозу власти представляет сама армия. Он приказал визирю посеять между воинами рознь, чтобы те убивали друг друга, а сам заперся в своих покоях, намереваясь пересидеть беспорядки.

Через полтора месяца визирь постучал в дверь.

— Все исполнено, о, Владыка.

Радость халифа длилась недолго. Все враги были мертвы, а он сам заперся: никто не убьет, никто не украдет сокровища, не отберет власть. Только один живой человек знал, где прячется халиф… его визирь.

Слепец нащупал ключ в двери. Вдруг кто-то обманом выманит из комнаты? Надо бы от этого обезопаситься. Он протолкнул ключ под дверь и велел визирю выбросить его так, чтобы никто не нашел. Когда визирь вернулся, он подозвал его к запертой двери, ставшей границей его крохотного мирка темноты и безопасности.