Читаем В мареве Атолла полностью

Возможно, Большой мозг решит, что планету можно приспособить для жизни. Тогда он, сообразуясь с полученными данными, выработает общую программу действий — программу, которую, конечно, нельзя было заранее составить на Земле. Манипуляторы, создавая себе подобных, рассеиваются по всей планете. Они корчуют леса, разравнивают поля под пашни, строят для людей жилища, готовят космодромы для их ракет.

Грандиозная работа по преобразованию планеты может длиться годы, десятилетия и даже столетия. Но плоды такого труда в случае удачи превзойдут многократно любые затраты, любые издержки.

Однако еще до отправки в космос отдельные звенья проекта должны быть как следует отработаны в земных условиях.

Забара припомнил: на последнем курсе на лекции по планетологии известный профессор-геолог рассказывал им, что в Тихом океане, близ архипелага Фиджи, в северной части желоба Тонга развертываются большие исследовательские работы на океаническом дне. Забара поразился тогда, услышав, что по проекту в строительстве и бурении глубоководных скважин, в исследовании земной мантии не будет участвовать ни один человек. Более того, проектом предусмотрено, что люди не будут даже на расстоянии, дистанционно руководить работами: механизмы должны самостоятельно справиться с исследованием океанического дна. В конце лекции, отвечая на вопросы, профессор пояснил, что проект «Урал», который сейчас отрабатывается в различных точках земного шара, предназначен для исследования чужих планет. На первом этапе к планете причаливает механическая ракета, людей на ее борту не имеется.

Возможно, на этой планете окажутся моря и океаны, как на нашей Земле. На этот случай в проекте «Урал» должна быть предусмотрена и система, служащая для океанических исследований.

Забара припомнил последнюю фразу геолога: «Проект «Урал», как видите, охватывает все стихии: и сушу, и воздух, и море…». Три звена, три составные части.

Очевидно, здесь, в заповедной Причерноморской степи, благодаря не очень приятной случайности Забара познакомился с одним из звеньев проекта «Урал». Тут, глубоко под землей, отрабатывается то звено проекта, которое призвано исследовать сушу новой планеты…

Вот что представлял собой проект «Урал», о котором еще в институте слышал Забара.

Евгений подумал, что неплохо бы познакомиться с механизмами поближе. И тотчас, будто повинуясь его внутреннему приказу, растаяли стены кабины, в которой он находился.

Забара совсем не ощущал своего тела. Это был сон наяву, удивительное, ни с чем не сравнимое состояние.

Вереницы автоматов уходили в глубину полутемных нескончаемых галерей. Забара медленно двинулся, поплыл вслед за ними.

Стальные челюсти горных комбайнов захватывают руду и перемалывают ее.

Клешни манипуляторов направляют струи огня, разрезающие породу на равные параллелепипеды.

Мимо проносятся вагонетки на воздушных подушках. Непрерывно текут голубоватые ленты транспортеров. Механизмы обслуживаются манипуляторами-роботами. На Забару манипуляторы не обращают ни малейшего внимания. А между тем каждый из них обладает доброй дюжиной глаз-фотоэлементов.

Как же роботы не замечают постороннего?

Неизвестно каким образом, но в голове Забары постепенно вырисовывается полная картина подземного разведывательного комплекса. Время от времени издалека доносятся глухие вздохи. «Направленные взрывы, термоликвит» — вспыхивает отчетливо мысль.

Из-за поворота вырвалась автоматическая платформа на эластичных гусеницах и покатилась прямо на него. Она двигалась настолько быстро, что Забара не успел увернуться. Платформа проехала как будто сквозь него, не причинив ни малейшего вреда.

Забаре начинало нравиться мысленно плавать в бесконечных галереях. Он присматривался к работе манипуляторов, следил, как действуют механизмы, все больше восхищаясь продуманностью и глубиной общего замысла. Рудник работал как хорошо отрегулированные часы.

Внезапно Забара заметил, что по монорельсовому пути с бешеной скоростью мчатся навстречу друг другу два вагона, доверху груженные рудой. Возможно, не сработала стрелка перевода на боковую линию. «Остановить их!» — мелькнуло у Забары с необычайной ясностью. Огромные кубы, резко затормозив, остановились — до катастрофы оставался метр…

К ним тотчас бросились манипуляторы и перевели один из вагонов на боковой путь. От сильного толчка с платформы свалился крохотный кусочек зеленоватого светящегося вещества.

Забара переместился к нему. Догадка подтвердилась. Это был термоликвит — самая грозная взрывчатка, известная людям.

Теперь, после того как он предотвратил столкновение, блуждания Забары по бесконечным переходам приобрели направленный характер. С помощью мысленных приказов он устранял разного рода неполадки, наблюдал за ритмичностью работы механизмов, как делал это на монтажном спутнике «С-115».

— Иван Николаевич, — умоляюще сказал программист.

И без всякой надежды посмотрел на аккуратно подстриженный затылок главного конструктора проекта «Урал».

Конструктор стоял у окна лаборатории и внимательно разглядывал институтский двор.