Читаем В лучшем виде (ЛП) полностью

чтобы он… – я остановил себя до того, как успел бы выложить все это на него. Не сейчас. Не здесь. Сделав глубокий вдох, я удерживал его, пока не зажгло легкие, а потом шумно выдохнул. – Я расскажу тебе историю обо мне до того, как маленький лучик Солнышка ворвался в мою жизнь. Я расскажу тебе о Брэнде…и надеюсь, к концу этой истории ты по–

прежнему будешь смотреть на меня так, как смотришь прямо сейчас.

Большие, голубые глаза Эйса ни на секунду не отрывались от моих, и когда он почувствовал, что это все, что я расскажу, его серьезный взгляд сменился на любопытный, и он спросил:

– И как я смотрю на тебя?

– Прямо сейчас?

– Да.

Мои губы дрогнули.

– Как будто я очень, очень, очень, очень, очень, очень нравлюсь тебе. И еще, будто ты надеешься, что я прямо сейчас заткнусь и съем свой бекон и блинчики до того, как они остынут.

– Проклятье. Это так заметно? Нужно поработать над покер–фейсом.

– Умоляю, не надо. Мне необходимо иметь возможность читать тебя в любое время, –

попросил я, моя рука поднялась к его затылку и потянула вперед. И до того, как мои губы встретились с его, он слегка отстранился, выражение его лица снова стало серьезным.

– Ты уверен? – спросил он, и ему не нужно было говорить больше, чтобы я понял, о чем он.

– В этом вся суть, так ведь? В тебе и во мне. Ты оказал мне доверие, которое я готов оказать тебе. Я хочу этого.

Его ладонь обхватила мою щеку, и когда его губы мазнули по моим в легком–как–

пушинка поцелуе, он ответил:

– Спасибо.

А затем мои губы накрыли его, жадно и беспощадно, когда я оседлал его колени и заставил упасть спиной на кровать. Довольный стон вырвался из его горла, и его руки опустились на мою задницу и сжали ее, перед тем как…

Блять, скинуть меня с себя на другую половину матраса.

Посмеиваясь над моим недоуменным видом, он встал на ноги и подошел к тележке с завтраком.

– Хватит пытаться завалить меня на кровать. Ты съешь эту сосиску, которую я купил специально для тебя, черт возьми, или я засуну ее в твою глотку лично.

Мой взгляд стрельнул по выпуклости на его штанах.

– Пожалуйста? Пожалуйста–пожалуйста?

Брови Эйса взлетели вверх, и он воткнул вилку в сосиску. Он подошел ко мне,

протягивая ее, и я скривился от отвращения, прежде ем неохотно принять ее.

– Это намного меньше, чем я ожидал, – проворчал я, прежде чем пихнуть всю штуковину в свой рот.

– Умоляю, скажи, что ты никогда не говорил такого кому–то, когда они сбрасывали к ногам свои трусы.

Я проглотил кусок, а потом пожал плечами.

– Не больше раза или двух. Ммм, это было довольно неплохо. Пожалуйста, сэр, можно мне еще?

Рассмеявшись, Эйс накидал сосисок на тарелку с разнообразными белками и углеводами и пошел в мою сторону. Потом он собрал себе порцию, и когда присоединился ко мне на кровати, я коротко поцеловал его.

– Это потрясающе. Спасибо.

– Обращайся, – Эйс разрезал свой омлет, но потом замер и нахмурился. – Ох, черт, я забыл про подносы…

Он собрался отложить свою тарелку в сторону, чтоб спрыгнуть с кровати, но моя рука взлетела вверх, чтобы остановить его от очередного подъема.

– Нам не нужны подносы, – сказал я. – А теперь садись и я разрешу тебе съесть мои яйца.

– Это даже близко не звучит так же сексуально, как «съешь мою сосиску».

– Ты и ее тоже можешь съесть, – подмигнул я, а потом укусил спелую клубнику.

Эйс посмотрел на меня, его губы приподнялись в мальчишеской улыбке.

– Кстати, ты сказал, что когда мы приедем домой, ты мне все расскажешь.

– И это правда.

– Нет, – он покачал головой. – Ты сказал, что когда мы вернемся сегодня домой. Чей дом ты имел ввиду?

Я перехватил его взгляд, и затем ответил с предельной искренностью.

– Тот, где будешь ты.

***

Час, полный желудок и

горячий секс в душе спустя, я чувствовал себя охренительно–

фантастически. И не только физически. Дилан, наконец, начал открываться и судя по той настойчивости, с которой он охранял свое прошлое, я понимал, что то, что он расскажет позже, будет тяжело слушать. Похоже, тяжелый груз будет снят с его плеч. Как будто стены,

за которыми мы усиленно прятались, начали рушиться. И я не совру, если скажу, что страшно впускать кого–то, но у меня было безошибочное предчувствие, что это будет более чем стоить того.

Я стоял у раковины в ванной, аккуратно сбривая последний участок щетины на своей щеке, а затем ополоснул лицо и вытерся. Когда я не нашел своего крема после бритья, я вышел, чтобы достать пузырек, который должно быть все еще лежал в моей сумке, и краем глаза, мельком заметил Дилана. Он стоял перед стеной из окон, вглядываясь в Стрип, ничего кроме полотенца на его узкой талии, как и у меня, и пока я восхищался подтянутыми мышцами его спины, мне снова стало интересно, как черт возьми он стал вообще моим.

Как будто он мог услышать мои мысли, Дилан оглянулся через плечо, его улыбка растянулась шире, пока те потрясающие ямочки не выскочили наружу. Я не мог вспомнить,

что собирался сделать, но это было не столь важным, как подойти к мужчине, вид которого был лучше, чем все окрестности.