Мои бедра впечатывались в его задницу, моя рука зацепилась поперек его груди, а зубы были на его плече, пока пот капал с нас обоих, а он маниакально дрочил себе, его голова была низко опущена.

– Да, боже. Я уже близко. Уже. Блять. Близко, – сказал он, сопровождая последние три слова быстрыми ответными толчками своих бедер, и на финальном – я прорычал в его ухо:

– Подними глаза.

И он это сделал.

Голова Дилана резко дернулась вверх, как и моя, и когда наши глаза столкнулись с незнакомцем напротив, Дилан сорвался первым. Он заматерился чертовски громко, что меня бы удивило, если бы люди в начале клуба не услышали его. Потом я сместился назад на свои пятки и потянул его за собой, моя рука удерживала его на месте, а вторая сместилась к его бедру. Дилан опустился на мой член, а я подкинул свои бедра вверх, раз, два, доставая так глубоко, насколько возможно, и затем я прокричал его имя так же громко, как и он матерился, в тот же момент, как мужчина напротив нас оскалился и нашел свое освобождение.

Я не мог поверить, что мы только что сделали. Дилан откинулся на мою грудь, а я заключил в объятия его дрожащее тело. Мы только что трахались, у всех на глазах. Более того, трахались на глазах у всех и получали полнейшее удовольствие от этого.

Когда я мягко снял Дилана со своих колен, незнакомец, что ассистировал в воплощении фантазии Дилана в реальность, склонил слегка голову, и потом тоже сместился,

чтобы дотянуться до мужчины, в которого он только что кончил.

Дилан повернулся лицом ко мне, его веки отяжелели, его грудь, шея и лицо покраснели, и он никогда еще не выглядел красивее. Он выглядел хорошо и тщательно оттраханным мной, и я еще никогда прежде не был уверен ни в чем, как в том факте, что я хотел присутствия Дилана Прескота в своей жизни – и я собирался использовать все из своего арсенала, чтобы это произошло.

Глава 25.

Съешь мою колбаску.

Я не мог сказать, спал ли еще или была ли сильная рука, двигающаяся вверх по моему бедру, реальной. Все, что я видел, это вспышки мрачного, декаденского ночного клуба,

полного развратных действий в каждом углу, и все, что я чувствовал, – руки Эйса, бродящие по моему телу, пока он вбивался своим членом в меня. Когда стон сорвался с моих губ,

ладонь, что была на моей ноге, легонько прошлась поверх моего бедра и поперек нижней части живота.

– Кому–то сняться сладкие сны, – произнес низкий, знакомый голос в мое ухо, и когда я начал приходить в сознание на самых мягких простынях, на которых я когда–либо лежал,

пережитки представления прошлой ночи обрушились на меня в полномасштабных и высококачественных подробностях.

Черт возьми…это действительно произошло?

Пальцы Эйса прокладывали заинтересованную дорожку поверх моего пресса выше, к груди.

– Вспоминал что–то конкретное?

– Мне же не приснилось это, да? – спросил я, мой голос хриплый ото сна, и смешок

Эйса заставил мои веки приоткрыться.

Он лежал на боку, белая простынь лежала низко на его бедрах, не скрывая каждую унцию выпирающей мускулатуры, и еще ухмылка появилась на его великолепном лице, пока он смотрел на меня сверху вниз.

– Хмм. Должны ли мы повторить еще раз, чтобы напомнить тебе…? – спросил он,

царапнув своими зубами по моей челюсти, вырывая из меня стон.

– Не думаю, что переживу это снова.

– Нет? Пытаешься сказать, что реальность твоей воплощенной фантазии – перебор для тебя? – его интонация была дразнящей, и это вынудило меня опрокинуть его на спину и перекатиться поверх него, чтобы зажать его руки по бокам. Он лежал голым и с полноценным стояком подо мной, и я воспользовался случаем, чтобы потереться своей жесткой длиной об его.

– Разве это может показаться перебором?

– Это кажется чертовски потрясающим.

– Хорошо, – сказал я, устраиваясь на локтях и позволяя ему поддерживать мой вес. –

Тогда, может, второй раунд будет прямо сейчас…

Тук. Тук. Тук.

– Обслуживание номеров!

Эйс застонал и пробежался своей ладонью по волосам.

– Проклятье, забыл об этом.

– Тогда просто позволь им оставить все снаружи, – предложил я, облизывая дорожку вверх по его щеке и втираясь в него бедрами. Ммм, я могу привыкнуть, просыпаться вот так.

– С радостью, но нам нужно поесть. Я вернусь через минуту, – он выбрался из–под меня, и единственной причиной, из–за которой я не запротестовал, было то, что когда он встал, все это обнаженное совершенство было выставлено на показ, и от этого я снова облизал свои губы.

– Поторапливайся обратно, – попросил я, пока он застегивал ширинку на штанах, в которых был прошлой ночью и направлялся к двери.

Мы оказались в его номере после того, как ушли…ну, во сколько бы это ни было, и я надеялся, что он не впустит никого внутрь, поскольку они увидят приличную дорожку из одежды, которая вела в его спальню.

Проклятье, прошлая ночь была… Ну, не описать словами. Нет ничего, что могло бы резюмировать все, что я испытал после таких взрывных выходных, и у меня было ощущение,