Это правда. Вступи я в физический бой с сотником трупоборцев в тактическом режиме, он бы от меня мокрого места не оставил. Грозный сотник опасливо идет ко мне. Его подбитый мехом красный зипун искрится от налипших снежинок.

– Если вы не будете мне доверять, то у нас ничего не выйдет, ты понимаешь, Исайя? – тихо спрашиваю я.

– Никто из нас не видел чуда твоего, Парень с Железкой и Колокольчиком.

– Возьми его. – Я разворачиваю инвентарь и перетягиваю на Исайю сет «Колокольчик».

Исайя отшатывается назад от моего сжатого кулака. По рядам сотников бежит шепоток, из-за спин высоких бородатых парней лезут бородатые парни поменьше, рядовые пехотинцы, с интересом хлопают глазами.

– Возьми его, – повторяю я и разжимаю кулак. В ней Колокольчик.

– Возьму, и будет что?

– Возьми и позвони.

«Персонаж отвергает ваш дар».

Исайя не хочет брать Колокольчик. Он боится и уже жалеет, что попытался взять на смелость меня, залетного выскочку, самозваного чародея. В Окне Разговора я без тени сомнения выбираю «Ответить агрессивно».

– Возьми его, козлина. – Я без улыбки смотрю Исайе в глаза. – Возьми и позвони, бородатый дурень! Если я вру, то ничего не случится, не так ли?

Сотник протягивает руку и дотрагивается до серебристого бока Колокольчика. Несмотря на мороз, его высокий лоб блестит капельками пота.

Я почти насильно вкладываю в его руку Колокольчик. В другую вкладываю Железку. Я дожимаю полоску убеждения «Ответить агрессивно» почти до максимума.

– Давай, постучи. Постучи. Постучи, придурок! Давайте, мать вашу, все постучите!

Не хочет стучать. Он боится. Тогда я выкручиваю полоску убеждения полностью, и она переливается рубиновым цветом. Опасный момент. Очень опасный. Если меня не разорвут, если тактика прокатит, то я победил в этом конфликте авторитетов.

Я с оттяжкой бью его ладонью по лицу, потом еще и еще раз. От неожиданности Исайя шлепается на задницу, прямо в снег. Его щеки алеют от пощечин. Другие сотники хохочут.

«Лорд-капитан, уровень бунта вашей Армии уменьшается».

– Кто еще хочет, бойцы? – ору я.

Смех стихает.

– Подходи сюда! Я повторяю это в последний раз! Кто, вашу мать, мне не верит, тот разворачивается и идет отсюда – хоть на юг к Могильщику, хоть на север с детьми и бабами! Это понятно?! Понятно это, я спросил?!

Сотники виновато молчат. Исайя шмыгает носом и задом отходит обратно в строй.

– Раздайте беруши. Исайя, ты больше не сотник. Ты будешь стирать зипуны и последним хлебать из котла, пока не поумнеешь. Беруши у всех есть?

Драное войско шарит себя по драным карманам. Я же разворачиваю окно Армии и усиливаю отряды предметом «Беруши». Вообще он защищает отряды от «Паралича», который насылают Баньши, и от некоторых оглушающих спеллов. Но в принципе должен защитить и от Колокольчика. Никто не хочет услышать звук, от которого даже Белые Саваны, улыбчивые мертвецы, приходят в изумление.

Чтобы развить успех, я кастую «Вдохновляющая речь». Кажется, сейчас должно сработать. Они достаточно подавлены моим выступлением и медленно, но верно принимают мысль, что меня можно уважать.

– А теперь нам пора. Пора защитить свою землю. Поймите, бойцы. Вы будете сражаться не за своего лорда-капитана. Вы даже будете сражаться не за своего Князя. Вы будете сражаться за свою землю, которую они хотят отнять. Это ваши города хотят разрушить мертвецы. Это ваши семьи хотят обратить мертвецы в свое войско. К нам в двери стучат самые отвратительные создания на свете. Так пойдем и убьем их еще раз!

«Лорд-капитан, бунт в вашей Армии подавлен».

– Ветер говорит, что через два часа в Северном Порту мы встретим авангард мертвяков. Ветер не врет.

– Ветер не врет, – глухим хором повторяют сотники.

3. Ветер врет

Статус: нейтральный».

У Северного порта тленом, гарью и холодом тянет куда сильнее. К какофонии запахов добавляется гнилой соленый душок.

Порт наполнен свистящим воем ветра, шорохом теней и писком крыс. Красноглазые твари мерзко цокоют коготками, но от удара алебардой замечательно разваливаются на две половинки. Кажется, мы нашли развлечение. Будет чем заняться в ожидании флота Белых Саванов. Когда флот высадит десант, крысами для Саванов станем уже мы.

Я выбираю удобную для обороны позицию, в узком месте портовой площади. Если мертвецов будет много, а их всегда много, то выгоднее позиции не найти. Разворачиваю тактическое окно и кликаю пункт «Укрепиться». Мои бойцы-трупоборцы встают лагерем, жгут факелы, кашеварят и негромко матерятся от холода.

– Запомните. Когда начнется сеча, ваши уши должны быть набиты этой гребаной паклей, или из чего вы там наделали беруш, – говорю я.

Краем глаза я замечаю, как толстый пехотинец связывает крыс хвостом к хвосту и деловито куда-то тащит. Не хватало еще отравления!

– Эй, боец! Куда крыс потащил?

– Так в суп мясца охота, – гудит трупоборец. В окне Разговора выбираю «Ответить агрессивно».

– Придурки. Крыс нельзя жрать. Мертвяком станешь. Сколько раз говорил!

– Чего, без мяса теперь совсем? – обижается толстый пехотинец.

– Конина есть. Конину жрите.

– Жесткая она.