Читаем В Буэнос-Айресе полностью

Молчание. Потом неуверенный голос:

— Свобода?

— Именно! Проблема в том, что русистам противостояли такие же империи, как и та, что была у них. Большинству народов — включая и наш — приходилось выбирать не между рабством и свободой, а между хозяевами. Какой хозяин лучше, тот или другой. Вы должны понимать — империя русистов до сих пор существует исключительно благодаря ее эффективности и выбранной ей модели порабощения народов. Кто скажет, в чем она заключается? Не знаете. А должны знать, это ваше оружие. Эффективность империи русистов заключается в том, что она держится на единстве элит самых разных народов!

…

— Когда британцы пришли в Индию, любой британец, любой этнический англичанин — считался выше индийского магараджи просто потому, что он британец. Русские не таковы. Они приходят и говорят элитам других народов — вот мы живем в Москве и у нас есть в рабстве огромный народ. Подчинитесь нам, платите нам — и мы сделаем вас равными себе, и вы будете держать в рабстве собственный народ, а мы подскажем вам как — только платите дань в Москву, и никто вас не тронет больше и вы растопчете свободу честь и достоинство и будете править над своим народом вечно! И многие подчиняются. Многие. У вас, в Украине — тоже самое. Посмотрите, у власти люди, которые смотрят в сторону Москвы. Два майдана, жестокая война — но ничего не изменилось! Вы видите это?

Молчание. Потом кто-то спрашивает:

— И что делать?

— Выход только один — вы не сможете быть свободными, даже если восстанет весь Киев. Система все равно найдет способ добраться до вас и уничтожить вас. Кого бы вы не привели до влады — он переметнется. Так будет, пока есть Москва! Ваше оружие — не только автомат, но и слово! Вы должны сказать всему миру правду о кровавой Московии, о ее тысячелетней войне со всем миром. Автомат — лишь для того чтобы все услышали ваше слово!

Поднимается рука:

— Можно?

— Да.

— А вы чеченец?

Выступающий усмехается.

— Нет, я не чеченец. Я черкес. Слышали что-нибудь о Черкессии?

— Нет.

— И немудрено. Русисты уничтожили любую память о нас, хотя еще двести лет назад наша страна доходила до Дона. Я — потомок древней и гордой семьи черкесов, мы были богаты, у нас было много…

Рабов?

… воинов, и много земли. Но потом пришли русисты… Мы отчаянно сражались почти тридцать лет, но силы народа не безграничны. Когда мы поняли что потерпели поражение, мы договорились с русистами о том, что уйдем в Турцию, они обещали отпустить нас. Но когда мы все вышли на побережье, налетели русисты и начали убивать. Тогда — большая часть нашего народа погибла…

— Москаль всегда обманет, — говорит кто-то.

— Да, это так. Вы должны знать, что русистам нельзя верить, никогда и ни в чем! Никогда и ни в чем. Вы должны так же знать, что если проиграете свою войну — вас ждет то же самое. Русисты не оставляют в живых тех кто восстал. Потому вы должны сражаться с русистами везде, где они есть. Увидел русиста — убей. Увидел что-то русское — сожги. Как вы говорите — слава нации

— Смерть ворогам!

— Слава нации!

— Смерть ворогам!

— Слава нации!

— Смерть ворогам!

…

В кармане у выступающего работает магнитофон, записывает каждое сказанное слово. Работает и видеокамера, незаметно для слушателей школы ненависти. Через несколько дней — все это окажется в Вашингтоне, где ляжет на полку вместе с другими такими же и отчетом о проведенном мероприятии.

Еще несколько десятков душ отравлено.

С неба на это смотрят деды и прадеды тех, кто это слушает…

Смотрит Маша Боровиченко, санинструктор, которая участвовала в боях за Сталинград вместе с пятой десантной генерала Родимцева. А в сорок третьем вступила в бой на Курской дуге. Защищая раненого, схватила его автомат, уничтожила четырех немцев. Метнула гранату, остановила вражеский танк, но отлетевший осколок попал ей в сердце. Двадцать два года спустя ей было присвоено звание Героя Советского Союза.

Смотрит и Людмила Павличенко, киевлянка, уничтожившая триста девять освободителей и получившая в Америке прозвище «леди смерть». Тоже Герой Советского союза.