Читаем В Буэнос-Айресе полностью

Появившись в 1991 году, Украина заведомо была обречена на конфликт с Россией. Если бы не Крым, если бы не газ, всё равно что-то да нашлось бы. Проблема в том, что этот конфликт дошёл до войны. Между нами кровь. И это уже не изменишь.

Что будет? А будет вторая Польша. Сама Польша постепенно станет другой, в том числе прикрытая и Украиной. Тут роль играют деньги, а Польша — явно будущий гегемон всей Восточной Европы. Сама роль обязывает. А Украина — она будет как чертик из коробочки выскакивать всякий раз, как только Россия будет выходить на договоренности с Европой или США. Они будут выскакивать и кричать: «А вот Крым! А вот Донбасс! А вот мы боимся!»

И рот им не заткнуть.

Или второй вариант. Это если ситуация там окончательно выйдет из-под контроля. И будет некий Евро-Афганистан, который отрежет Россию от Европы. Дикое поле ХХI века.

Твою мать…

— Значит, тюки с кокаином в посольство подбросили украинцы. Не хорваты. Так?

— Не знаю. Но, наверное, да.

— Зачем?

— Понятия не имею.

Думаю, правда. Исполнителям такие вопросы ни к чему.

— Какое у тебя задание?

— Найти, кто убрал нашего человека. И разобраться с ним.

— Самому?

— Нет, выйти на контакт с хорватами. Они это должны сделать, я только проконтролирую. И доложу.

— Какие хорваты?

— Субботич.

Знакомые все лица.

— Он ваш агент?

— Скорее всего, просто у нас на крючке. Такого агента иметь — себе дороже.

И это правда. ЦРУ уже извлекло уроки из утечек и разоблачений — таких как Субботич официально не оформляют.

— Что ты знаешь о Субботиче? Он связан с наркомафией?

— Связан? Он начинал работать еще с картелем Кали. Главный наркодилер на Балканах. Потом он переключился на поставки оружия и отмывание денег. Через него сотни миллионов наркодолларов были инвестированы на Балканах. В основном в туристическую отрасль.

Здорово. Такого человека и впрямь лучше не оформлять как агента. Не дело, когда ЦРУ США работает с наркоторговцами.

— На чем вы его держите?

— Я не знаю.

— Но, наверное, догадываешься?

— Я сказал, что не знаю!

Правда.

— Ладно, проехали. Почему Костенко сорвался с тормозов? Ты говоришь, он убрал вашего человека. За что?

— Не знаю.

— И тоже не догадываешься?

Сикерд помолчал.

— Наверное, в Лэнгли принято решение заморозить работу по Украине.

— Почему?

— А сам не догадываешься? Там черт-те что происходит. Попытка построить демократию оказалась полным дерьмом и теперь все, кто к этому причастен — тоже в дерьме. Украина очень токсична. Оттуда постоянно рождаются скандалы, она стала одной из причин глубокого межпартийного раскола уже в Вашингтоне. А ЦРУ нужно утверждать бюджет каждый год — и никому не хочется, чтобы его тыкали носом в Украину при этом. Вероятно, поэтому принято решение все заморозить. В том числе и вашу историю с кокаином в посольстве.

Ну, да. Отлично. Пришли, разворошили осиное гнездо и ушли.

А нам с этим жить.

Знаете, какая моя самая большая претензия к США? Они не имеют дела с последствиями своих провалов. Они просто уходят обратно за океан. А мы остаемся с тем, что натворили чьи-то шаловливые ручки…

Подонки…

— Еще один вопрос. Почему принято решение именно убрать?

— Не знаю.

— Твое любимое слово.

— Я больше не работаю напрямую на дядю Сэма, я — подрядчик. Думаю, одно из двух. Либо, они знают что-то такое, что может стать причиной больших проблем в Вашингтоне. Либо… Либо они стали нас шантажировать. История с импичментом Трампа уже показала нашу уязвимость. Если же есть еще что-то…

…

— Думаешь, врет?

— Нет. Думаю, он говорит правду. Вопрос в том, что с этой правдой теперь делать. Ты кстати, матэ неправильно пьешь. Надо сразу глотать. Матэ портит зубы.

…

Со Слоном мы встретились недалеко от посольства— сели в кафе, заказали перекусить. Слон с подозрением смотрел на грушевидный стаканчик.

— А желудок?

— Все пьют и никто не умер, индейцы до ста лет живут, это их напиток — так что пей. Ты понимаешь, что если американцы хотят убрать этого Костенко руками хорватов — значит, нам нужно его спасти.

А вы может, думали, что его надо убрать, наказать? Это бред, так только идиоты работают. Наказывать… наказывать вообще немного смысла — вред уже причинен, что будет, если ты накажешь за это? Ничего кроме морального удовлетворения. А вот если ты сможешь обратить нанятого против тебя человека против его же нанимателя — вот тут ты получишь не только моральное удовлетворение.

— Ну…