Но этот спор не может быть решен умозрительно. Тяготение Ньютона подтверждает опыт. Но даже опыт не дает полных оснований называть его всемирным. Не исключено, что существуют не так уж далеко области пространства, где гравитация отрицательна или она вообще незаметна. Кто знает? Мы пока не можем разобраться с частицами в объеме одного лишь атома и убеждаемся, что число парадоксов все растет, и он становится похожим на неизведанный еще космос — это тоже закон, закон микрокосма и макрокосма, которому подчиняется и сам человек.

Тот спор, якобы философский, о сознании и первичности материи не имеет отношения к реальности да и к науке тоже. Главный порок — на поверхности. Мир бесконечен во времени и пространстве, как часто говорят, но сознание возникает на каком-то этапе развития, значит, в определенное время. До этого бесконечный во времени мир не знал этой своей ипостаси. Вдруг, пусть миллиарды лет назад, возникло сознание. Но и миллиарды лет — лишь секунда по сравнению с бесконечностью. Точнее — неисчислимо малое мгновение. Не было никогда, неисчислимо большое количество лет, и вдруг сейчас, по заказу философов возникло как будто нарочно, чтобы подтвердить правоту решения основного вопроса философии (выдуманного тут же, на скорую руку). Это примерно на уровне теории самозарождения червей в песочных часах. Не буду вспоминать о бесконечном пространстве, к которому приучают те же мудрецы. И без него построения их весьма зыбки. Тем и велик Кант, что он видел дальше вульгарных мыслителей, обвиняющих в вульгарности других.

Мир богов открывается нам последовательно, ступень за ступенью мы поднимаемся, приближаемся к нему. Мы постигаем Солнце. Мы узнаем о существовании городов богов. Мы узнаем о других пространствах. Таков мой путь. Этого пути не миновать другим. Мир намного сложнее, чем могут вообразить самые смелые физики. Он совсем не таков, как думают.

В той же последовательности просветленная душа поднимается над Землей в астральный мир, и перед ней разворачиваются картины, отблеском которых является пророческий сон Сципиона, Мир астрального света, весь тот мир пока непостижим, и кет слов, которые помогли бы найти хотя бы сравнения. Человек еще бессилен в этом. Но пришло уже время — и первые лучи астрального света стали видны.

Метаэволюция

Жители первого на свете города старательно лепили из глины образ Богини-Матери. Глину обжигали в печах. Их храм с колоннами относится к шестому тысячелетию до нашей эры. Он на пять тысячелетий старше классических древностей Греции и Рима, так что оба античных государства гораздо ближе по времени к нам, нежели к тому удивительному городу, возникшему точно на пустой еще планете. Из ниоткуда! Первые города Восточной Атлантиды уже названы выше. Первый храм — чудо из чудес даже на фоне неожиданных археологических открытий последнего времени. Шесть колонн, выдвинутые вперед, образуют портик. Пол святилища покрыт отполированной до блеска гипсовой штукатуркой (этот метод будет воскрешен критскими мастерами при строительстве знаменитого Кносского дворца спустя четыре тысячелетия). Все пространство организовано в виде анфилады — тоже первой в мире из обнаруженных. За портиком следует вестибюль, затем — колонный зал. Здесь впервые использованы и поперечные балки, лежащие на колоннах. Площадь удивительнейшего из сооружений — 54 квадратных метра. Немного, Но и она удивляет. И она открывает пропасть, зияющую целые тысячелетия, пока именно к такой архитектуре не придут мастера античности.

Целый каскад удивительных изобретений. И нет прообраза. Может быть, он будет найден? Но тогда эта находка, пожалуй, будет еще более необъяснимой: это будет равносильно открытию новой цивилизации… за несколько тысячелетий до начала цивилизации на планете.

Так вот можно рассказать о неожиданностях, подстерегавших ученых в Иерихоне. Можно рассказать — но нельзя сразу понять.

Девять с половиной тысяч лет назад этот город обнесен стеной, глубоким рвом. Крепостная башня диаметром более восьми метров органично соединяется со стеной. Все это тоже впервые. Стены этого города более чем на шесть тысяч лет древнее библейских, тех самых, которые рухнули в историческом Иерихоне. Тогда еще не было ни одного из народов, живущих на Земле сейчас или из упомянутых в самых древних книгах. И, конечно, мы не знаем подлинного имени первого города…

Знаменитая Троя, описанная Гомером, по своим размерам почти вдвое его меньше. А ведь Троянская война была совсем недавно — по сравнению с его прошлым: во втором тысячелетии до нашей эры, всего три с небольшим тысячи лет назад. Каменная стена чудо-города шириной в полтора метра превосходила протяженностью троянскую. Его население — около трех тысяч человек — примерно такое же, как население среднего греческого города и даже уездного города России пушкинского периода.