Другой целью моего визита, разумеется, было узнать мнение Гейзенберга о моей книге "Дао физики".Я показывал ему рукопись главу заглавой, краткосуммируя содержание каждой главы, и особенно выделяятемы, имевшие отношение к его работам. Рукопись заинтересовала Гейзенберга, и он был открыт к моим идеям. Я сказал, что, как мне кажется, через все теории современной физики проходят две основные темы, — которыеявляютсятак же двумя основными темами всех мистических традиций: фундаментальная взаимосвязанность и взаимозависимость всех явлений и подлинно динамическая природа реальности. Гейзенберг согласился, что во всяком случае по отношению к физике это так, заметив, чтоонтакже отмечал подчеркивание взаимосвязанности в восточной философии.

Однако он не был знаком с динамическим аспектом восточныхмировоззрений, и был заинтересован, когда я показал ему на многочисленных примерах из моей рукописи, что основные санскритские термины, используемыев индуистской и буддийской философии — брахман, рита, лилья, карма, самсара и др. — имеют динамические коннотации. По окончании моего довольнодлинногопредставления рукописи Гейзенберг просто сказал: "Восновном я с Вами полностью согласен".

После нашейпервойвстречи я вышел из кабинета Гейзенберга вчерезвычайно приподнятом настроении. А теперь, когда этот великий мудрецсовременнойнаукипроявил столь большой интерес к моей работе ивполне согласился с моими результатами, я был готов померяться силамисо всем миром. Когда "Дао физики" вышла из печати в ноябре 1975 года, я сразу же послал ему экземпляр и он сразу же мне ответил, что читаетееи напишет, как только прочтет. Это письмо было последним в нашемобщении. Несколькими неделями спустя Гейзенберг умер, вденьмоегорождения, когда я сидел за столом в Беркли и раскидывал палочки Ицзына. Я всегда буду благодарен ему за эту книгу, которая была исходнойточкоймоего поиска новой парадигма и определила мое непрекращающеесяувлечение этой темой, и за личную поддержку и вдохновение.

2. Без основ

Джефри Чу

Знаменитые слова Исаака Ньютона: "Я стою на плечах гигантов",могутотноситься к каждому ученому. Все мы обязаны нашими знаниями ивдохновением "родословной" творческих гениев. Сам я в своей работевобласти науки и за ее пределами опирался на многих великих ученых; некоторые из них играют значительную роль в этом повествовании. Что касается физиков, то главными источниками вдохновения были для меня двавыдающихся человека: Вернер Гейзенберг и Джефри Чу. Чу, которому сейчас шестьдесят, принадлежит к иному поколению физиков, нежели Гейзенберг, и хотя он хорошо известен среди физиков-профессионалов, он конечно далеко не так знаменит. Однако я не сомневаюсь, что будущие историки науки сочтут его вклад столь же значимым. Если Эйнштейн произвелреволюциюсвоей теорией относительностью; если Бор и Гейзенбергсвоей интерпретацией квантовой механикипроизвелистольрадикальныеперемены, что даже Эйнштейн отказывался принимать их, — то Чу совершил третий революционный шаг в физике XX века. Его "бутстрэпная" теориячастиц объединяет квантовую механику и теорию относительности таким образом, что создаваемая им теориясовсейполнотойпроявляетквантовый и релятивистский аспекты субатомной материи, и в то же времяявляется радикальным прорывом в западном подходе к фундаментальной науке.

В соответствии с "бутстрэпной" гипотезой природа не может бытьсведена к фундаментальным сущностям, вроде фундаментальных строительных блоков материи, но должна пониматься исключительно на основе внутреннейсвязности. Вещи существуют благодаря их взаимным отношениям исвязям, и вся физика должна вытекать из единоготребования, чтоеекомпоненты должны быть взаимосвязаны друг с другом и логически связанными в самих в себе. Математическая основа "бутстрэпной" физики — теория S-матриц, матриц рассеяния, созданная Гейзенбергом в 40-е годы иразвитая в течение последних двух десятилетий в сложный математическийаппарат, прекрасно приспособленный для объединения принципов квантовоймеханики и теории относительности. Многие физики внесливэтосвойвклад, но Джефри Чу был объединяющей силой и философским лидером, вомногом подобно тому, как Нильс Бор был объединяющей силой и философским лидером квантовой физики полувеком ранее.

В течение последних 20летЧуссотрудникамииспользовали" бутстрэпный" подход для создания единой теории субатомных частиц, атакже и более общие философии природы. Это "бутстрэпная" философия нетолькоотказывается от идеи фундаментальных строительных блоков материи, но вообще не принимает фундаментальных сущностей — фундаментальных констант, законов или уравнений. Материальная Вселенная рассматривается как динамическаясетьвзаимосвязанныхсобытий. Ниодноизсвойствкакой-либочасти этой сети не является фундаментальным; всесвойства одной части вытекают из свойств других частей, и общаясвязанность взаимоотношений определяет структуру всей сети.