Читаем Урановая буча полностью

Начальник цеха ринулся туда, в святая святых, на Опытный участок. «За мной! – кричал он на бегу. – Все за мной!» Прибежали на место аварии. Там сменный инженер-технолог, вставив ломик в штурвал наделавшей столько бед задвижки, пытался удержать её в закрытом положении. Он навалился на ломик всем телом, сотрясаясь под воздействием крутящего момента, создаваемого электрическим полем. «Рубить силовой кабель!» – зычно отдал команду начальник цеха. Пожарным топором перерубили питающий кабель. Противоаварийная инспекция уже работала над установлением причин и последствий случившейся катастрофы. «Где этот электрик, устроивший прокрутку всему комбинату?» – затребовала инспекция виновника аварии. Устроителя всеобщей суматохи нашли на месте аварии в кабельном канале. Нашли по ботинкам, торчащим из-под рифлёных перекрытий канала. При обсуждении Акта противоаварийной инспекции последнее слово оставалось за директором, славящимся крутым нравом. Казалось, печальная участь аварийщиков была предрешена.

«Да, виновные будут наказаны, – зарокотал густой директорский голос. – Но под суд я их не отдам, иначе лучшие технологи покинут комбинат. Напротив, в сложных обстоятельствах они должны брать на себя ответственность и принимать самостоятельные решения. Люди должны знать, что они имеют право на ошибку…» Имя того директора сегодня можно назвать – Андрей Савчук.

Андрей Иосифович Савчук, выпускник Уральского политехнического института. Поступив на УЭХК, через двенадцать лет возглавил его и надолго, на двадцать семь лет. Отличался твёрдым характером, незаурядными организаторскими способностями. Доктор технических наук. После выхода на пенсию какое-то время позволил себе расслабиться на отдыхе, но деятельная натура не выдержала пустого времяпровождения, и Андрей Иосифович обратился к преемнику, В. Ф. Корнилову, тоже выпускнику УПИ, с просьбой пристроить его на комбинат, но не куда-нибудь, а в группу старшего инженера Комарова.

– Андрей Иосифович, о чем вы говорите! Конечно, с радостью примем, и не на затычку к Комарову, а на достойное место.

– Нет, нет, Виталий Фёдорович! Я прошу принять меня только к Комарову, у него поиск, творчество, идеи, а другие отделы сам хорошо знаю, там бюрократия да голая исполнительность. Уважь старика, дай подышать чистой атмосферой.

Шесть лет Герой Социалистического Труда, лауреат Ленинской, Государственной и премии Совета Министров СССР трудился в группе бузотёра от науки Володьки Комарова. Дышал воздухом творчества.

* * *

В 1985-м, когда мне довелось возглавить делегацию Иркутской области в поездке в ГДР по вопросам научно-технического прогресса, нам продемонстрировали «передовую» разработку немецкой ЦФ размером с турбину ГЭС. Такая «новинка» поразила меня отсталостью, но удивительно, что хвалёная Америка и сегодня недалеко ушла. Имея самый крупный в мире парк атомных реакторов, американцы так и не создали современное производство ядерного топлива.

Американские центробежные конструкции имели высоту двенадцать метров и крепились к стенду анкерными болтами, тогда как советские, при качественно лучших характеристиках, были размером около метра. Поскольку газодиффузионное производство сегодня представляет собой «каменный век», первая мировая держава приступила было к строительству завода под пафосным названием «Американская центрифуга», но американские спецы быстро поняли, что для создания новейшей технологии человечества они ещё не доросли. Вложив в разработку центрифуг пять миллиардов долларов, США в 2016 году приняли похоронное решение демонтировать всё то, что было понастроено под многообещающей вывеской. На территории США действует единственное предприятие, принадлежащее европейской корпорации URENCO, которое работает для выработки топлива АЭС, и то его количество во много раз меньше, чем расходуется на станциях. Заокеанская энергетика подсела на урановую иглу.

Первой отечественной вертушкой надкритической скорости стала девятая модель, введённая в эксплуатацию в 2013-м. Её производительность в четырнадцать раз выше, чем у первой модели, а себестоимость в десять раз ниже. В России ведутся работы по созданию центрифуги одиннадцатого поколения, по которой даже внешние параметры засекречены.