Из Энгельса мы, путешествующие студенты, добрались до Красного Кута, где Гельма Мартыновна, птичница комбината пернатых, прижилась с сестрой Леной, когда Ян Антонович переселился в Свердловск. Война разбросала супругов по необъятной стране, и брак распался. Покинутая супруга была бесконечно рада приезду дочери с дружком, о котором отозвалась как о парне «нашенском» и первым делом истопила для гостей баню. В Красном Куте не утихали отголоски новости о приземлении в тутошних местах космонавта, но уже другого, под номером два. В августе 1961-го, за год до нашего приезда, в десятке километров от посёлка приземлился Герман Титов, торжественно встреченный группой колхозников артели «40 лет Октября». На сей раз траектория полёта была выдержана по расчёту, подальше от Волги, но при снижении Герман увидел, что опускается на поезд, несущийся по железной дороге. Посадка на состав казалась неминуемой; и куда он увезёт? Упаси Бог! Бог отвёл небесного гостя от помехи. Прибывший отряд спасателей в дар набежавшему населению оставил парашюты космонавта. Хватило всем. Тем же вечером счастливые девицы щеголяли по Красному Куту в юбках из материала, доставленного из космических высот. Столичным модницам такая удача и не снилась. И в Париже не найти. Но место посадки космонавтов перенесли в широкие казахские степи, где нет ни Волги, ни поездов.

<p>Часть 3</p><p>Новоуральск. Урановая столица мира</p>

При каждом посещении Верх-Нейвинска мы встречались с выпускниками группы ФТ-60, с которыми шесть лет грызли гранит атомной науки. Успешнее других сокурсников на комбинате проявил себя Юрий Александрович Дмитриев, прошедший путь от технолога до начальника цеха № 24 (завод Д-3), которым раньше командовал В. Ф. Новокшенов. Дмитриев был назначен руководителем работ по переводу диффузионных заводов на центрифужную технологию и внедрению в эксплуатацию первых шести поколений газовых центрифуг. Он имел два свидетельства на изобретения и свыше сотни печатных работ, награждён орденом «За заслуги перед Отечеством» и медалями. Почётный гражданин Новоуральска. Петушков и Езов дослужились соответственно до начальников смены и участка. Виктор Корольков – ведущий материаловед комбината. Из Свердловска-45 три абитуриента поступили в нашу группу, В. Комаров, В. Корольков и С. Тюпаев, и все как один, стали на УЭХК кандидатами технических наук. На Уральском электрохимическом комбинате для фантазии Владимира Васильевича Комарова открылся полный простор. Защитив диссертацию, он принялся за штурм по раскрытию перспектив развития комбината и решению грядущих технических и технологических проблем, нажив на избранном тернистом пути немало авторитетных оппонентов. Генератора идей гнобили, притесняли со всех сторон, но великий фантазёр и оптимист не унимался, и, на удивление местного научного сообщества, его бредовые прогнозы через какое-то время сбывались.

Комаров рассказал мне несколько историй, из которых поделюсь с читателем хотя бы одной. В начале шестидесятых годов на Опытном заводе комбината в полупромышленную эксплуатацию были запущены первые блоки новейшего оборудования, благодаря которому Советский Союз осуществлял стратегический прорыв в области ядерной технологии. Технологическая система была рассчитана на работу в условиях вакуума, но к ней была подсоединена труба, из которой атмосферный воздух не был откачан. Не подозревая этого, дежурный электрик принялся за проверочную прокрутку отсекающей моторной задвижки. Он замкнул цепь на «открытие», и последствия по своей разрушительной силе оказались ужасными.

Атмосферный воздух из трубы хлынул в воздушную пустоту, сокрушая на своём пути уникальное оборудование. По технологическим коммуникациям покатился грозный гул, трубопроводы задрожали от газодинамических ударов. Это был ураган в замкнутых полостях, начинённых филигранными устройствами. Электрик свалился с места производимых работ куда-то вниз. На центральном диспетчерском пункте красным заревом вспыхнули сигнальные лампы, контрольно-измерительные приборы зашкалили, на панелях заверещали тревожные звонки. Ситуация вышла из-под контроля. По промышленному объекту завыли аварийные сирены, оповещая о чрезвычайной ситуации. Руководящий состав смены впал в шоковое состояние. Одна из операторов, схватив микрофон громкой связи, в панике заголосила, призывая на помощь начальника цеха: «Виктор Васильевич! Здесь такое случилось! Авария!» Изложив чрезвычайное известие, она дико завыла в микрофон; её громогласные вопли придавали сирене устрашающие, жуткие интонации.