Читаем Уральский узел полностью

С обещанием всего лишь «переговорить» — я покинул лондонский офис «Барклайс», банка, созданного четыреста лет назад лондонскими золотых дел мастерами и в какой-то момент бывшего почти синонимом банковского дела, как Ллойдс — страхового. Интересно кстати — может, у Барклайс глобальные проблемы? Сейчас никто ничего точно знать не может, на рынке полно финансовых зомби — банков, у которых на балансе с виду нормальные бумаги, в том числе государственные, нормальные залоги — а на самом деле по этим векселям платить никто не будет, а залоги — давно и капитально обесценились. Кризис, однако. По моим прикидкам — мы как в него вошли в две тысячи восьмом — так из него и не выбирались. И Россию ещё не слишком сильно это задело — мы вынужденно погасили значительную часть внешнего долга из-за санкций, перед тем как пошла вторая волна. По той же Канаде — ударило намного сильнее.

Куда пойти?..

Я стоял на тротуаре в финансовом центре многомиллионного города и думал, куда пойти.

Лондон, как и все мегаполисы мира — предоставляет большой выбор для любого путешественника. Даже просто шататься по городу и смотреть все подряд — тоже дело. Лондон — уникален тем, что здесь прошлое и будущее — могут разделять всего несколько метров улицы. Небоскрёбы — соседствуют с викторианскими особняками, и при безумной стоимости земли — в центре ещё остались парки и большие общественные пространства, до которых почему то не добрались шаловливые руки застройщиков, так и норовящих построить 30-этажное одоробало там, где был парк или сквер. И здесь почему то модерновые небоскрёбы не кажутся китчем рядом со старыми домами. Приведу один пример — в восемьдесят втором террористы взорвали одно из самых старых и уважаемых деловых зданий города — Балтийскую биржу, чьи залы — вполне были пригодны для размещения музея, скажем. Здание с такой богатой историей — восстанавливать не стали, вместо него — Норман Форстер, тогда ещё не такой известный архитектор — выстроил современный небоскрёб, получивший название «огурец» за его характерную форму. И этот небоскрёб стал одним из символов Сити и всего Лондона! Представляю, какой бы вал, простите, дерьма — поднялся бы у нас в таком случае…

Итак, что делать? Можно пока пройтись или проехаться до Трафальгар-сквер или Пикадилли-серкус — и там и там я был, но оттуда удобно начинать туристические маршруты. Можно поехать в Боро и дать сатисфакцию своему желудку — Лондон является одной из гастрономических столиц мира. Можно пойти на Даунинг-стрит — там есть такой паб, Ред Лайон называется. Ему четыреста лет, и там собирается весь британский политический бомонд, благо — паб находится аккурат между Даунинг-стрит и Палатой общин. Там полно газетчиков, парламентариев и таких вот искушённых зевак как я. Кстати — вы можете себе представить, чтобы в Москве существовало такое место, где бы столовались вместе парламентарии, люди со Старой площади, газетчики и зеваки? Нет? А вот тут оно есть. Здесь даже столовая Парламента — в те дни, когда Парламент не работает, открыта и работает как обычный ресторан, причём не очень дорогой.

Можно пойти в Ковент-Гарден — хотя я и не большой любитель театра и вообще искусства как такового. А можно — скорее всего я так и сделаю — отправиться в универмаг Либерти, где в пять часов вечера — происходит одна из самых аутентичных в Лондоне церемония «файв о клока» — чай подают заваренный как в позапрошлом веке и в сервизе веджвудского фарфора — который тут же можно и купить. У меня один есть — но я в Лондоне обычно покупаю ещё один, каждый раз как тут бываю — на подарок. Чай — это моя слабость. Правда, пить чай как его пьют англичане — с молоком или сливками — я так и не научился. Какой в этом смысл, ведь так искажается вкус самого чая…

А можно — отправиться на берег Темзы и полюбоваться рекой — люблю воду. Там, правда, последнее время выстроили немало небоскрёбов с собственными маринами — стоянками для яхт, они испортили вид. Но все равно — красиво.

Лондон, Лондон…