Читаем Упреждение полностью

– Понятно. У вас раздвоение личности, – мягко перебил доктор. – У нас тут лечился один писатель точно с таким диагнозом. Днем он был литературный критик, писал разносные рецензии на других авторов, а по ночам сочинял свои романы и печатал их под псевдонимом.

– Ролан Айбирман, – догадался я. – Вы его вылечили?

– Дорогой мой, мы не лечим, мы подавляем симптомы…

Тут высокая медсестра с крутыми бедрами под зеленым халатом и с белой наколкой на крашеных хной волосах внесла поднос с двумя блестящими металлическими чашками чая и такой же металлической сахарницей, поставила их на стол.

– Угощайтесь, – сказал мне доктор.

Я с удовольствием стал пить чай, а он продолжал:

– Я прочел вашу книгу. Вы утверждаете, что имеете возможность путешествовать во времени…

Я насторожился: шутки кончились?

– Минуточку, доктор! Это же творческий вымысел.

– А любые мании – это творческий вымысел. Если человек считает себя Наполеоном – это не результат его вымысла? У нас тут есть Владимир Ильич Ленин, вы с ним познакомитесь, он каждое утро приходит ко мне и говорит: «Я вчера подписал указ, чтобы всем сторожам валенки выдали, почему мой указ не объявляют по радио?» Разве его указы – не творческий вымысел? – Доктор отпил чай из своей чашки и зорко посмотрел мне в глаза своими узкими корейскими глазами, черными как антрацит. – А?

Я попытался выскочить из ловушки:

– Ну, не знаю…

– Знаете! – уверенно сказал он. – Его ука-зы – выдумка и результат паранойи, шизофренической болезни. А ваши описания декораций Красной площади на сто двадцатом километре Ярославского шоссе разве не того же ряда?

– Но, доктор, в таком случае «У Лукоморья дуб зеленый» тоже из этого ряда…

– Не исключено, – согласился он. – Но Пушкина мне не привезли, а привезли Пашина. Или вы считаете себя Пушкиным?

– Никак нет.

– Слава богу! – И он с металлическим стуком поставил свою допитую чашку на металлическое блюдце. – Итак, вы в своей книге утверждаете, что Крым надо было выкупить, а не втягиваться в конфликт с Украиной. Так?

– Доктор, это мое частное мнение.

– Совершенно верно. Весь народ одобряет присоединение Крыма, а у вас на этот счет частное мнение. То есть у вас антинародное мышление. Дальше: вы путешествуете во времени и описываете это так подробно, что, читая, я отнес это к банальным шизофреническим галлюцинациям смешанного типа – вербальным, слуховым и зрительным. Но теперь пришла ваша сопроводительная из СИЗО… Кстати, за что вас туда посадили?

– Доктор, мне не нравится этот разговор. Сначала на основе моего романа мне пришили вымышленное воровство музейной «Волги», а теперь вы пытаетесь пришить мне шизофрению и антинародное мышление. Я нормальный и совершенно здоровый человек.

– С вашей точки зрения, – уточнил он с нажимом на слове «вашей». – Знаете, у нас тут находится тысяча восемьсот психов, и все они до единого считают себя нормальными и здоровыми людьми. Но нормальные люди не путешествуют во времени, не пишут сценарии о советских диссидентах и не снимают фильмы в две тысячи двадцать четвертом году. А вы… Вот, здесь написано: «В разговоре со своим адвокатом утверждал, что побывал в будущем, снял там фильм, и в обмен на этот фильм требовал своего освобождения». Как, по-вашему, нормальный человек станет выставлять такие условия?

Я молчал, не зная, что возразить. А он дожимал:

– На вас форма и погоны майора. Вы действительно майор Российской армии? А? Отвечайте, не бойтесь. Вы майор Российской армии?

– Ну, вообще-то нет. Но…

– Без «но»! – перебил он. – Если вы надели эту форму, значит, выдаете себя за майора Российской армии. В таком случае чем вы отличаетесь от гражданина Акопяна, который выдает себя за Владимира Ильича Ленина и требует ленинскую кепку? А? Кстати, где вы взяли эту форму?

Я понял, что пора, пока не поздно, защищаться всерьез.

– Понимаете, доктор. Я был на фронте…

– На каком? – Он подался всем телом вперед ко мне, точно так же, как Сафонов в ресторане «Village Kitchen», когда тот ловил меня на волговские коврики. – На каком? Я слушаю.

– На Первом Украинском, – ответил я, уже понимая, что топлю сам себя.

– Замечательно! – воскликнул он и повернулся к монитору компьютера, быстро набрал в поиске «Первый Украинский фронт» и уверенно ударил по клавише «enter». – Пожалуйста! Читаем в Википедии: «Первый Украинский фронт – оперативно-стратегическое объединение советских войск в Великой Отечественной войне. Образован на юго-западном направлении двадцатого октября тысяча девятьсот сорок третьего года на основании приказа Ставки ВГК от шестнадцатого октября сорок третьего года. Десятого июня тысяча девятьсот сорок пятого года был расформирован». А сейчас две тысячи четырнадцатый. Так вы принимали участие в Великой Отечественной войне?

Я молчал. Этот тип своим показным доброжелательством и интеллигентностью втянул меня в разговор, но чем больше я говорил, тем глубже топил сам себя.

Он, однако, настаивал:

– Так принимали или нет?