Читаем Untitled полностью

В послевоенные годы Карнеги занялся продажей облигаций и спекуляцией акциями. Позже он утверждал, что "никогда в жизни не покупал и не продавал акции спекулятивно", но это была ложь. Он занимался этим в течение многих лет и делал это с прибылью. Он продавал бумаги железной дороги Давенпорта и Сент-Пола, железной дороги Миссури, Айовы и Небраски и компании Keokuk Bridge Company. Карнеги продал множество облигаций железных дорог, продвигаемых Томом Скоттом, и продавал их в Соединенных Штатах и Европе. Он сотрудничал с ведущим американским инвестиционным банком Junius Morgan and Company в Лондоне и Drexel and Company в США.8

К 1873 году Карнеги переключил свой интерес на сталелитейный бизнес. Впервые он попробовал себя в металлургии, инвестировав в новые технологии производства стальных рельсов, в 1860-х годах. И Карнеги, и технологии оказались неудачными, но в 1872 году он вернулся к металлургии, став партнером на питтсбургском заводе. К тому времени ему было уже тридцать семь лет, он был приветлив, весел и проницателен. И он, и производство стали стремительно развивались. Новый бессемеровский процесс и аналогичные технологии, которые очищали железо от примесей и превращали его в гораздо более прочную и менее хрупкую форму - сталь, - позволили производителям выпускать металл в больших масштабах. Завод Карнеги стал частью Американской бессемеровской ассоциации, которая, контролируя американские патенты, контролировала доступ к американскому рынку стали. Другим видным членом ассоциации была Пенсильванская сталелитейная компания, которую контролировали Томсон, Скотт и Пенсильванская железная дорога. Когда Конгресс ввел тариф на сталь в размере 28 долларов за тонну, британцы потеряли свое ценовое преимущество. Позднее Карнеги говорил, что именно тариф, как ничто другое, привел его в сталелитейный бизнес.9

Став сталелитейщиком, Карнеги не отказался ни от дружеских отношений, ни от связей, которые так хорошо ему служили. Он разместил свои новые сталелитейные заводы на участке в двенадцати милях к югу от Питтсбурга и назвал их в честь Эдгара Томсона. Лесть всегда была в репертуаре Карнеги. Он зависел от Пенсильванской железной дороги при заключении контрактов, но не собирался полагаться только на ее добрую волю. Его мельница имела выход как на Балтимор и Огайо, так и на Пенсильванию. Новая мельница также выходила на реку Мононгахела, которая обеспечивала речные перевозки угля и кокса. Начинающим бизнесменам Карнеги советовал: "Положите все свои хорошие яйца в одну корзину, а потом следите за корзиной".10

Скотт научил Карнеги, как необходимы для зарабатывания денег влияние, связи и инсайдерские сделки, но он также показал ему, как необходимы скорость, организация и эффективность для успеха Пенсильванской железной дороги. Карнеги перенес уроки учета затрат, организации и интеграции, полученные от Скотта и Томсона, на производство. Скорость, снижение удельных затрат и объем производства привели к повышению эффективности и потенциально большей прибыли. Большинство металлургических заводов в Питтсбурге в 1870-х годах были частными предприятиями, на которых работало от двухсот до трехсот человек. По таким масштабам заводы Эдгара Томсона были просто гигантскими. Они располагались на территории площадью 106 акров, работали двадцать четыре часа в сутки и использовали непрерывный метод производства стали. Хотя компания Carnegie Steel была зарегистрирована в соответствии с законодательством Пенсильвании, она не являлась акционерным обществом. Это было партнерство, в котором Карнеги занимал доминирующее положение.11